Автор
В небе мегаполиса отражается рекламная пляска, но в комнате за столом царит строгость и тайна. Брюнет, одетый в классический костюм Ermenegildo Zegna, отказывает другу из-за непреодолимой необходимости — ужасающей праведности денег сражается со светом дня.
Кушаешь хорошо, пищу тщательно пережевываешь? Вот и прекрасно. Это самое главное.
По мере моего спича, торжествующая улыбка на лице Андрея угасает, а глаза загораются бешенством.
— Я тебя сейчас урою, сявка подзаборная, — брюнет сжимает кулаки и делает шаг ко мне.
Гопник в коричневых штанах напрягается, но его оттесняет в сторону качок, заявивший:
— Пусть один на один разберутся. По-мужски.
— Андрей, не надо, — девушка хватает парня за локоть, но он резко вырывает руку.
— Всё, тебе кранты, — злобно шипит брюнет.
Начало его движения я позорно проморгал. Сделал попытку достать его правым крюком, но Андрей ловко поднырнул под удар и на выходе, коротким движением всадил кулак в печень.
Тело скручивает сильнейший спазм. Сознание корежит от страшной, заполнившей каждую клеточку, боли. Не чувствую под собой ног, сворачиваюсь в клубок, и мягко падаю на бок, держась ладонью за «взорванную» ударом печень.
— Мудак, он недавно ножевое получил, только из больницы вышел! — запоздало орет мелкий гопник.
А брюнет пинает меня ногой по лицу, разбивая губы. Не сильно, чтобы унизить окончательно.
Краем глаза вижу, что боксера оттягивают от меня.
— Андрей, зачем? — кричит Ева, — А если он умрет, идиота ты кусок!
— А не хрен было в бутылку лезть, — оскаливается парень, — Выпросил, получил.
— Дурак, ты, кулаками только машешь налево и направо. Совсем мозги отбили, правильно Миша заметил, — выпаливает блондинка.
— Что ты сказала? — парень угрожающе оскаливается, и делает шаг к девушке. Она с презрением смотрит на него:
— Что и меня ударишь? Давай!
— Он… никого… не… ударит… сейчас… встану… и….про…продолжим, — хриплю я, пытаясь подняться. Новый приступ боли, заставляет ноги подогнуться, а тело лечь на скамейку.
— Да пошла ты! — взрывается брюнет, демонстративно сплевывает, и уходит к машине. За ним, послушным хвостиком потянулся культурист. Парни прыгают в автомобиль, «шестерка» жужжит, трясется, стреляет клубом дыма и выезжает со двора, чуть не наехав на ногу гопника, вышедшего на тротуар.
"Мой быдловатый товарищ тихо матерится, глядя на багажник удаляющейся «шестерки».
Я тоже провожаю затуманенным взглядом машину.
«Ничего. Долг платежом красен. С меня причитается. Я не злопамятный. Зло сделаю и забуду».
А меня, тем временем приводят в чувство. Девушка помогает сесть на скамейку и, наклонившись, обеспокоенно смотрит в глаза.
