Воскресный фестиваль поп-музыки уже завтра, но билеты всё таки оттягивают. Я не могу оставаться дома с этими слухами о тайных шоколадках и странных визуальных эффектах. Мама обещала уговорить отца меня забрать к лучшей подруге Келли, чтобы я могла встретиться с восемнадцатилетним юбилеем, но теперь времени не так много!...
Я сняла жемчужного цвета шелковые трусики в тон платья и продолговатым концом ввела игрушку во влагалище, короткий оказался точно возле клитора. Я сделала пару шагов: не трет, не мешает, вообще практически не ощущается, разве немного пикантности придает от осознания: я без трусиков и с симпатичной штучкой между ног.
Когда заняла свое место, поймав пару недовольных взглядов от миссис Кларк, Марк требовательно протянул руку. Я отдала трусики ему и, не удержавшись, невинно шепнула:
– Надеть хочешь?"
"Он улыбнулся, даже не взглянув на меня.
Великолепное сопрано леди Леоноры потрясало зал экспрессией и чувственностью, а меня накрыл сокрушительный оргазм.
– Браво! – закричал кто-то, когда занавес упал, затем включили свет – антракт.
– Это было невероятно, – смягчилась миссис Кларк, обращаясь к моему кавалеру.
– Платок? – Марк протянул ей зажатый в руке кусок шелка.
Он же сейчас ей мои трусы отдаст! Вот это будет номер! Хоть бы сердечного приступа не случилось!
– Возьмите этот, – вовремя спохватился и достал из нагрудного кармана другой. – Этим я уже пользовался, – Марк даже театрально утер слезу.
Я, не сдержавшись, фыркнула. Какой же он порой обаятельный, как мальчишка просто! Обаятельный циник – звучит, невероятно!
– А с вами, мисс Берроуз, все в порядке? – миссис Кларк снова посмотрела на меня в бинокль.
