Утро тихоокеанского побережья кажется настолько спокойным и умиротворенным, что хочется лишь провести день дома. Прохладный бриз вот уже второй день несет за собой мелкие испорченные вчерашней ночью росы, растворяясь над землей. В таком дожде ни о чём не спрашивают, и каждый может чувствовать себя здесь как дома. Вот именно в этом месте и начинается история, где всё словно тянется, чтобы приоткрыть завесу на тайны прошлого......
Мелоди не сводила завороженного взгляда с огромных баков для наживки, кишащих извивающимися анчоусами, в изумлении застыла при виде корзины свежих морских окуней, которую тащила троица мускулистых бородатых рыбаков. Красноватые снулые рыбины лежали грудой. От быстрого подъема со дна океана воздушные пузыри у некоторых окуней полопались и торчали из разинутых ртов. Вверх-вниз по неподвижным тушкам карабкались крабики размером с пчел. Сверху на рыбу пикировали грабители-чайки, которых отгоняли мозолистые коричневые руки рыбаков.
"Один из них, парнишка не старше восемнадцати, заметил ее завороженный взгляд.
– Грязновато тут, а?
– Ага.
– Скажи своему папе, пусть в следующий выходной сводит тебя куда-нибудь почище!
Он рассмеялся.
Мелоди улыбнулась. Она даже не попыталась его поправить.
Где-то по соседству жарили креветок. Я заметил, как девочка поводит носом.
– Проголодалась?
– Типа да. – Она явно маялась.
– Что-то не так?
– Мама велела мне ничего не выпрашивать.
– Не волнуйся. Я собираюсь сказать твоей маме, что ты вела себе хорошо.
– Типа да.
– А что ела?
– Соку попила. Кусочек пончика. Такого, с белой обсыпкой.
– И всё?
– Угу. – Мелоди отвернулась от меня, словно ожидая наказания. Я смягчил голос.
– Наверное, у тебя тогда еще не было аппетита.
– Угу.
Вот тебе и теория насчет завтрака!
– Ну, а лично я голоден как волк. – Это было правдой. С утра только чашку кофе выпил. – Как смотришь, чтобы вместе пойти поискать что-нибудь перекусить?
– Спасибо, доктор Дел… – На моей фамилии она запнулась.
– Давай просто Алекс.
– Спасибо, Алекс.
Мы вычислили источник соблазнительных запахов – в убогой забегаловке, втиснувшейся между магазином сувениров и открытым ларьком с наживкой и рыболовными снастями. За прилавком стояла толстая тетка, нездорово белая и рыхлая. Пар и дым густо окутывали ее луноподобное лицо, создавая мерцающий ореол. На заднем плане шипели и потрескивали залитые раскаленным маслом противни.
Я купил большой промасленный пакет всяких вкусностей: несколько порций завернутых в фольгу креветок и жареной трески, корзинку жареной картошки, которая торчала оттуда, словно набор полицейских дубинок, запечатанные пластиковые плошки с соусом тартар и кетчупом, бумажные пакетики с солью и две банки колы непонятной марки.
– Эй, не забудьте вот это, сэр! – Толстуха протянула мне целую пачку бумажных салфеток.
– О, спасибо.
– Ох уж эти детки! – Она опустила взгляд на Мелоди.
