Утро тихоокеанского побережья кажется настолько спокойным и умиротворенным, что хочется лишь провести день дома. Прохладный бриз вот уже второй день несет за собой мелкие испорченные вчерашней ночью росы, растворяясь над землей. В таком дожде ни о чём не спрашивают, и каждый может чувствовать себя здесь как дома. Вот именно в этом месте и начинается история, где всё словно тянется, чтобы приоткрыть завесу на тайны прошлого......
– Но не совсем, угу?
– Я… я уже запуталась.
– Кто угодно может запутаться. И дети, и мамы, и папы. И доктора.
– Доктор Тоул тоже?
– Даже доктор Тоул.
Мелоди немного над этим поразмыслила. Большие темные глазищи метались по сторонам, нацеливаясь то на воду, то на мое лицо, то на небо, то опять на меня.
– Мама сказала, что вы хотите меня загипнотизировать. – Она произнесла это как «гип-мотизировать».
– Если только ты сама этого захочешь. Понимаешь, зачем это?
– Типа да. Чтобы я стала лучше соображать?"
"– Нет.
– Насчет того, как ранили того, другого доктора?
Я смешался. Мой принцип – быть с детьми максимально честным, но если ей не сообщили, что Хэндлер и Гутиэрес мертвы, то я не собирался оказаться первым, кто сообщит ей это шокирующее известие. Да и момент неподходящий.
– Да. Насчет этого.
– Я сказала тому полицейскому, что ничего не помню. Там все было темно и ваще.
– Иногда под гипнозом вспоминают то, чего просто так никак не вспомнить.
Мелоди испуганно посмотрела на меня.
– Ты боишься гипноза?
– Угу.
– Это нормально. Это совершенно нормально – бояться новых вещей. Но в гипнозе нет абсолютно ничего страшного. Это в некотором роде даже развлечение. Ты раньше когда-нибудь видела, как кого-нибудь гипнотизируют?
– Неа.
– Ни разу? Даже в мультиках?
Мелоди расцвела:
– О, когда этот парень в треугольном колпаке гипнотизировал Попая, и из рук у него пошли волны, а Попай вышел в окно и не свалился!
– Точно.
– Ага!
– Ну, для мультика это классно, но настоящий гипноз – не совсем то.
Я выдал детскую версию лекции, которую совсем недавно прочитал ее матери. Мелоди, похоже, мне поверила, поскольку страх уступил место завороженному любопытству.
– А можно попробовать прямо сейчас?
Я замешкался.
– Не вижу препятствий. Для начала сядь поудобней.
Я попросил ее сфокусировать взгляд на гладком блестящем камушке, который она держала в руке. Через несколько секунд девочка заморгала – пошла реакция на внушение. Дыхание замедлилось, стало размеренным. Я приказал ей закрыть глаза и слушать шум волн, накатывающих на берег.
