Ни единого окна, темные стены, старомодные сундуки и чемоданы, часы, отсчитывающие время неизвестно для кого, корабельный фонарь – через секунду его погасят и комната снова погрузится во тьму. Представить себя на месте Али, добровольно угнездившейся в сундуке, – избавь бог! Даже человеку, не страдающему клаустрофобией было бы непросто остаться здесь в ожидании… неизвестно чего! Что, если бы Белка не восприняла призыв о счастливом плавании в бесконечность всерьез? И отложила бы визит до утра, до лучших времен, а то и не пришла бы вовсе?
А как обстоят дела со взрослыми?
Ничего, кроме озвученных ими профессий. Не все из них – говорящие, не все выявляют душевные качества; принадлежность Шила к касте правоохранителей не делает его автоматически ни жестоким, ни милосердным. Корабельный механик Ростик вполне может оказаться скрытым садистом, а может – сентиментальным любителем долгоиграющего сериала «Великолепный век», на работе подотчетных ему механизмов это никак не скажется. То же и со всеми остальными, включая Маш, которая смахивает на «черного» риелтора, но не исключено, что это не так. И молва о ее порядочности и надежности передается из уст в уста.
– …Все хотел спросить у тебя… – сказал Шило. – Ты случайно не видела моего телефона?
– Ну да. Все время лежал у меня в кармане, а теперь не могу его найти.
– «Нокия». Черного цвета, кнопочный. На большее я не заработал, – зачем-то добавил он.
– Не видела, нет. Но если тебе нужно позвонить – можешь воспользоваться моим.
– Не нужно. Просто сам факт. Лежал себе тихо в кармане, а потом взял и пропал.
– А остальные карманы ты проверил?
– В том-то и дело… Кому он мог понадобиться, учитывая, что сеть здесь не ловит…
– Найдется, – уверила Белка брата.
– Хорошо бы. Он хоть и старый, но я к нему привык.
…Они покинули комнату, плотно притворив за собой дверь, и теперь шли по дорожке, вдоль бамбуковой рощицы. Комната находилась в самом конце миниатюрной аллеи, в импровизированном тупичке, и Белка вдруг подумала о том, куда могла подеваться Аля. Они с Шилом (учитывая недолгий забег и последовавшую за ним короткую беседу) отсутствовали не более трех-четырех минут. Этого достаточно, чтобы выбраться из сундука и затаиться где-то в глубине тропических лиан или того же бамбука. Но недостаточно, чтобы метнуться к дорожке и поднять ремень, каждую секунду рискуя быть обнаруженной. Конечно же, у Али был сообщник. Или сообщники. Они вместе разработали сценарий этого глупого розыгрыша, цель которого так и осталась неясной.
