Я стояла у двери его кабинета, сердце колотилось в груди. Знал ли Коул о моих мыслях? Как бы я ни пыталась скрыть свое волнение, он всегда чувствовал меня. Передо мной лежала загадочная книга "Опасная красота", которую мне поручили проверить. Внутри могла быть ключ к открытию тайны его строгого обета и того самому потустороннему чувству, которое меня гнало....
— Я прошу тебя, Кастор, помоги мне…
— Тогда будь готова заплатить за это самую высокую цену, мой маленький, мой любимый зайчонок, — проговорил Трой прямо мне в губы, скользя по ним, но почти не касаясь. — Ты вынудишь Коула Тернера нарушить свой последний обет. Для вампира нет ничего слаще, чем пить кровь своего партнера во время секса. Сделай так, чтобы он укусил и испил тебя. На вампира после долгого воздержания живая кровь действует сильнее наркотика. У него будет передоз, пограничное состояние.
— Святые небеса… — я зажала рот ладонью, как осиновый лист дрожа в его тяжелых объятиях, от которых было никуда не деться. Это прозвучало слишком жутко даже для Кастора Троя. — Зачем тебе это? Что ты хочешь сделать с ним?
— Что бы я не сделал, ты меня в этом поддержишь.
— Пошел ты к черту… — прошептала я, слезы катились по моим щекам, и он жадно слизывал каждую слезинку. — Я не сделаю этого — гори все огнем, я не пойду на это, клянусь!
— Не клянись, Моника… — Трой обхватил мои бедра и, приподняв, усадил на черную каменную столешницу.
Его слова абсолютно не вязались с тем, как грубо он задрал мою юбку, как перехватил и отвел назад запястья, абсолютно не реагируя на мое сопротивление.
Его слова совершенно не вязались с тем, как ненасытно, взасос он целовал мои губы, проталкивая голодный язык в мой рот, как спускался ниже, срывая пуговицы моей кофточки и судорожно опуская лифчик, чтобы всосать обнажившиеся груди и жадно цедить их, оставляя на коже влажный горячий след.
