# Аннотация В этом романе переплетаются судьбы трёх женщин, каждая из которых хранит свои опасные секреты. Красота становится их оружием и проклятием одновременно. На фоне интриг и предательства разворачивается история о том, как поцелуй может стать приговором, а доверие — смертельной...
Когда я, после окончания школы, подбирала учебное заведение, то даже не рассматривала этот вариант!
Зато реально было оказаться на территории академии, в личных апартаментах Дино Росси, представляющих из себя целый особняк, пусть и небольшой, но обставленный с мрачным готическим шиком."
"Не особо церемонясь, парень прямо с порога потащил меня в большую спальню с круглой кроватью, накрытой лиловым покрывалом. Застревая своими тонкими каблуками в пробелах между каменными плитами, я отдирала от себя его загребущие руки со слишком длинными и острыми ногтями, которые царапали мою кожу.
— Цыпа Дрипа Лампомпони… — бормотал он, нюхая и трогая меня в разных местах, дергая за одежду и за волосы — вынуждая лечь на кровать. — Ты дашь мне пососать… во время… Заплачу двойную цену!
Я не сразу поняла, о чем он, а поняв, что Росси говорит о моей крови, отшатнулась. В нашем мире существовали сосуды — люди, которые отдавали вампирам свою кровь добровольно и получали за это плату, но я к такому готова не была.
Кое-как отодрав от себя навязчиво липнувшего ко мне, как банный лист, отпрыска знатнейшего вампирского дома, я вскочила с постели и, испуганно воскликнув: «Мне надо позвонить!», вытащила из сумочки сотовый, принявшись лихорадочно набирать номер комиссара Шенка.
И полетела прямиком на журнальный столик от неожиданного удара сзади, сшибившего меня с ног.
Наверное, все-таки не стоило поворачиваться к Дино Росси спиной.
Он бил сильно, наотмашь — в затылке багровым всплеском полыхнула боль. Стекло взбрызнуло вокруг, осыпая меня градом осколков. Протянув окровавленную руку, я стряхнула острые кусочки с лица, но подняться уже не смогла.
При виде моей крови обезумевший Росси наскочил на меня, всосавшись похожим на воронку ртом в порез на локтевом сгибе, одновременно вспарывая своими ногтищами платье.
Он действительно сделает это. Изнасилует и выпьет мою кровь… Пожалуй, нравственникам это будет даже выгоднее — изнасилование считается особо тяжкой разновидностью преступного деяния против морали.
А не это ли было их главной целью? Потому Росси так спокойно дали увезти меня из клуба. И сейчас, в этот самый момент, когда я на засыпанном осколками полу в ужасе отбиваюсь от возбудившегося вампира, где-то щелкает затвор фотоаппарата.
