Весна разносится по Ницце, где паруса яхт белели на аквамариновой воде Лигурийского моря. Теплые запахи цветов и солнечного света создают идеальную атмосферу для загадочной операции, которая готовится в глубокой тени дворца. Ветер шепчет слухи о несчастном рейде — а кто знает, может быть, именно здесь все и начинается......
— Генерал Волошин, например, мой однокашник по Пажескому корпусу… В чести у императора, а того больше — у его супруги…
Инженер вежливо ответил Вяземскому, что политика его совершенно не интересует, что в Ниццу он прибыл с деловыми целями. Разыскивает застрявший в каком-то портовом складе груз, на получение которого имеет документы."
"— Я обшарил уже все порты Атлантики, — добавил Арбенов, уловив, что рассказ заинтересовал слушающих. — Пока, к сожалению, неудачно. Но ведь говорят, что неудачи — это путь к успеху.
В дополнение к рассказу инженер Арбенов показал разномастные справки, полученные в трудных вояжах по портовым канцеляриям.
— Теперь осталось Средиземноморье… В первую очередь Марсельский порт. Вот я и решил остановиться в Ницце, чтобы заняться своим делом, а заодно и выдохнуть из себя пыль, которой я досыта наглотался по этим паршивым пакгаузам.
— И что же за груз? — наваливаясь грудью на стол, спросил сухопарый Вяземский.
— Обувь, шерстяные армейские одеяла, кабель и автопокрышки…
— И вы этому добру полный хозяин?
— Коносаменты выданы на предъявителя, — коротко ответил Арбенов.
— Естественно, они сохраняются в надежном банковском сейфе.
— Умно, — одобрил князь и пригласил заходить в бар.
Инженер Арбенов ответил, что он также рад знакомству и непременно будет заглядывать в такое милое и уютное заведение.
Расставшись с Вяземским, инженер Арбенов совершил прогулку по Ницце и рассмотрел белую виллу с мавританскими витыми колоннами.
От улицы виллу отделяла высокая металлическая ограда с ажурной ковкой широких ворот, возле которых прогуливались со скучающим видом два молодца в клетчатых пиджаках и желтых крагах.
На скромно одетого инженера стражи не обратили никакого внимания. Бывшие офицеры гвардейского флотского экипажа по давней привычке не снисходили вниманием до штафирок в касторовых костюмах и шляпах с лентами вокруг твёрдой тульи.
Они и помыслить не могли, как интересует скромного прохожего жизнь белокаменной виллы.
Отсчитывая франки хозяину типографии, Виктория Федоровна всё чаще и чаще думала, что публикацией манифестов «двор» не достигнет желаемой цели. Красиво написанных бумаг мужики начитались уже досыта. Им нужны не слова, а реальность. Большевики, надо признать, отлично понимают эту истину. Они отдали крестьянам землю, а рабочим — фабрики и заводы. Такое манифестами не одолеешь!
От слов пора было переходить к действиям.
