Весна разносится по Ницце, где паруса яхт белели на аквамариновой воде Лигурийского моря. Теплые запахи цветов и солнечного света создают идеальную атмосферу для загадочной операции, которая готовится в глубокой тени дворца. Ветер шепчет слухи о несчастном рейде — а кто знает, может быть, именно здесь все и начинается......
Кулагин встал со стула и прошелся из конца в конец по комнате пансионата мадам Клюбе. За окном было вечернее тихое небо с алмазными россыпями звезд. Над садом всходила луна. Её мерцающий свет ложился чешуйчатой дорожкой на море и перечеркивал улицы изломанными тенями кипарисов и пиний. Трещали цикады. Из ближнего ресторана доносилась музыка фокстрота, и было видно, как на площадке, подстегиваемые выкриками труб и глухими ударами барабана, двигаются пары.
Знакомый и чужой мир за окном таил в тишине опасность и смерть.
Василий Степанович не ожидал, что Чичерин появится на Ривьере так скоро. Прошел только месяц с тех пор, как инженер Арбенов живет в здешнем пансионе. Слишком малый срок, чтобы подготовиться к выполнению той работы, для которой он приехал в эти далекие края."
"Всё ли он сумел сделать за этот месяц?.. Нароков теперь не в счёт. Он свою роль выполнил. Дал возможность осесть на месте так, что это не вызвало подозрения. Инженер больше не встречался с капитаном и был уверен, что тот тоже не ищет встреч.
Оставался Вяземский. Князь, хоть и однокашник Волошина по Пажескому корпусу, себе на уме. У его светлости теперь один самодержец — звонкая монета. Ради неё Вяземский пойдет на всё. Тем более что его подпирают сроки уплаты по векселям.
Штаб-ротмистр Эльвенгрен… Предельно осторожен и на знакомства не идёт. Василий Степанович знал, где проживает Эльвенгрен, и несколько раз видел известного чекистам боевика.
Без нужды штаб-ротмистр не появился бы в баре. У Вяземского незадолго перед этим был Волошин, а затем сюда пришел Эльвенгрен. Похоже, сбивается активная тройка. Как раз в тот момент, когда должен прибыть Чичерин.
Логическая цепочка выстраивалась и обрастала фактами.
Кулагин открыл окно. В накуренную комнату потянуло свежим воздухом. Дышать стало легче, и визгливые звуки оркестра в ближнем ресторане перестали раздражать.
Это же здорово, когда после страшной и долгой войны люди снова танцуют. Лучше танцевать, чем стрелять друг в друга.
Ему с Олей мало довелось танцевать. Как она там живет? Как Николаха?
Мысли расслабляли, и Василий Степанович прогнал их.
