– Этого вполне хватит, – Макс протянул небрежно скомканные деньги. – Один билет до Москвы на ближайший поезд. Купе. Когда вернетесь, я дам вам на сто тысяч больше, чем здесь.
– Чтобы не имело смысла убежать, – догадливо улыбнулся парень. – Билеты продают по документам..."
"– Как раз подруга и должна подвезти паспорт, – спокойно объяснил Карданов. – Объясните это кассиру. Там для него есть сто тысяч. Пусть выпишет билет на Ларина. Сергей Иванович Ларин. Запомните?
– Запомню... Я тоже Сергей Иванович.
Через полчаса Лапин получил билет. До прихода поезда оставалось двадцать минут. Поблагодарив тезку, он расплатился и сделал вид, что продолжает ожидать не слишком пунктуальную подругу. Парень исчез в толпе.
Когда свистнул электровоз и в просвете между зданиями замелькали вагоны, он огорченно взглянул на часы и побрел к вокзалу. Наблюдавший за ним продавец цветов сочувственно покачал головой. Но через двадцать метров походка Лапина обрела прежнюю упругость, шаг ускорился, на лице появилась улыбка, и из потерпевшего фиаско неудачника он перевоплотился в счастливого влюбленного, встречающего предмет своей страсти. Документы у таких не проверяют, но он сам полез за паспортом, предупредительно раскрыл и поднес к лицу упитанного младшего лейтенанта. Тот небрежно кивнул, открывая дорогу на перрон.
Здесь, как и на привокзальной площади, тоже царило оживление, но другое – более организованное, целенаправленное и быстротечное. Провожающие обнимались с отъезжающими, встречающие напряженно всматривались в окна прибывающих поездов, звонко стукали длинными молоточками по колесным парам осмотрщики вагонов, громко смеялись сбившиеся в стайку проводницы в черных шинелях и тапочках на босу ногу, осматривались по сторонам закончившие путешествие пассажиры, в наспех наброшенной одежде курили, прогуливались, разминая ноги, подходили к многочисленным киоскам те, для кого Тиходонск был очередной крупной станцией на длинном пути, волокли тележки с чемоданами громкоголосые носильщики, тянули неподъемные сумки толстые выносливые тетки, важно проходили по своим делам железнодорожники в форменной одежде, подпирали стены и курили на низких скамейках, высоко обнажая ноги, потасканные проститутки, выгуливал тигрового боксера немолодой мужчина с чудаковатым лицом.
Здесь тоже ходили патрули, но уже транспортной милиции, они фильтровали прибывших: отлавливали пьяных и бродяг, проверяли документы у кавказцев и прочей подозрительной публики, выясняли что-то у проводниц, изредка заглядывали в плацкартные вагоны.