В тихом переулке Тиходонск, 7 февраля 1997 года — температура минус 12°C. Жизнь жутко сжимает горло, будто смерть сама собой. Вытертые ботинки и облезшая шапка не могут защитить от холода, чувствуешь себя ошпаренным всем миром в этот тихий вечер.
""10 января 1992 года зачислен на должность регулировщика пятого разряда в цех N 2 ПО «Электроника».
«7 февраля 1997 года уволен по собственному желанию».
Лапин захлопнул книжку, одним глотком допил остывший кофе. Никаких тайн он для себя не открыл. И все же... Никогда раньше он не задумывался о прошлом и не пытался ничего вспомнить. Как будто тяжело контуженный и заторможенный бедолага, живущий одним сегодняшним днем. Интерес к собственной жизни – верный признак выздоровления!
Заплатив за обед двести пятьдесят тысяч, Сергей вышел на улицу.
Он тратил деньги легко, не считая, сколько осталось, как будто имел давнюю привычку жить на широкую ногу.
Среди его приятелей и знакомых не было ни одного, кто согласился бы с таким подходом к проблеме. Походя истратить два «лимона» за день на всякую ерунду – по богатяновским меркам, не просто недопустимое транжирство, но тягчайшее семейное преступление."
"Одно дело – купить на эти деньги машину-развалюху, подлатать и использовать для повседневного заработка: таксовать в утренние и вечерние часы, доставлять с автовокзала на рынок селян с тяжелыми мешками картошки, клеенчатыми сумками с куриными и утиными тушками и огромными корзинами, набитыми доверху фруктами, или, сняв сиденья, возить с бахчи дыни и арбузы, которые жинка может продавать на набережной пассажирам больших круизных теплоходов.
Но сам Лапин не испытывал ни сомнений, ни угрызений совести. У него были деньги, и он считал, что истратил их наилучшим образом.
