Автор
Вечер пятницы в поместье Грейнджера погружает Гарри Грэма в мир шикарных платьев и изысканных бесед. Он слышит дочь графа Лэнгли о том, как удивительно красиво выглядят некоторые леди на бале, прежде чем перейдя к более узким подробностям моды и покровительствам. Но эта встреча неожиданно отвлекает его от собственных мыслей и чувств....
Конечно, Гарри был согласен, что постоялый двор, даже небольшой, вроде «Танцующей Утки», не место для девочки.
– Надеюсь, в домике для гостей есть кровать?
– Есть на чердаке, – ответила Пен. – Хотя не знаю, в каком она сейчас состоянии.
– В нормальном, – вмешалась Гарриет. – Я проверяла, перед тем как пойти к водопаду. – Девочка широко улыбнулась Гарри: – Я собиралась сама туда переселиться, но теперь уступаю место тебе, папа.
– Что?! – вскрикнула от возмущения Пен. – Я никогда бы не позволила тебе остаться одной в домике для гостей, Гарриет.
Гарриет остановилась – они дошли до края леса – и сердито взглянула на мать.
– Мне надоела эта Верити, да и насмешки других девчонок. И они к тому же еще и щиплются. С меня этого хватает днем. Но днем я, по крайней мере, могу от них уйти. А ночью, когда гасят свечи… – Гарриет всхлипнула. – Это просто ужасно…
Слова Гарриет напомнили Гарри о времени, проведенном в итонском общежитии: отсутствие любой возможности уединения, постоянное ощущение, что находишься в полной власти старших мальчишек.
Гарриет – его дочь. У нее должна быть отдельная комната. Он обязательно переговорит с Пен относительно переезда в Дэрроу – в тот пустующий дом.
– Я приготовлю постель для тебя в своей комнате, – сказала Пен дочери. – Ты будешь ночевать со мной, пока все не уляжется.
– Ладно, – согласилась Гарриет и с улыбкой взглянула на Гарри. – Значит, ты остановишься в домике для гостей, папа?
Глава 7
Пен стояла вместе с Гарриет на обочине ведущей к приюту дороги и смотрела вслед направлявшемуся к деревне Гарри.
Пен охватила странная тоска.
«Глупая! Он же завтра вернется».
Да, но надолго ли? После завтрашнего обхода приюта Гарри все узнает и убедит герцога, что у них здесь вполне приличный бизнес.
«Я не вправе поддаваться чувствам».
С Гарриет он обошелся вполне пристойно. Ни следа высокомерной снисходительности, столь характерной при общении взрослых с детьми. И о причине приезда сюда он сказал ей правду, хотя Пен по лицу Гарри видела, чего ему стоило не солгать.
Гарри в общении с Гарриет держался дружелюбно, даже ласково, когда Пен его об этом попросила, а не ударился в пререкания с ней в отличие от многих мужчин. Ее, Пен, отец в подобных случаях не действовал бы уговорами, а отпустил бы оплеухи.
