В дни осени, старые стенки Сокольниковского монастыря кажутся необычайно молодыми и нарядными. Пустынным и печальным становится улочка, где древние дома словно вышли из моды — но сохраняют свою щеголятку. Колокол Христа Спасителя возвещает о тихой, мелодичной смене дня. Этот тонкий и хитрый звук заигрывает над обнаженными кронами деревьев, скрываясь в тщательно сплетенных дворах, арок и перекрестных переулках....
— По-моему, оба насмерть.
В переулок, нещадно ревя сиреной, влетела «скорая помощь», вызванная Стрельцовым.
— Давайте дежурную группу, — приказал Вадим и сел прямо на тротуар, прислонившись спиной к прохладному кирпичу стены.
— Товарищ начальник, — склонился над ним сержант, — у вас все лицо в крови.
— Потом. Обеспечьте сохранность места происшествия.
Вадим закрыл глаза, ощущая спиной только приятный холод стены, который, казалось, снимал боль.
— Вадим, Вадим, — услышал он женский голос. Кто-то бинтовал ему голову.
— Потом, потом, — повторял он.
И вдруг он услышал голос Кафтанова:
— Спрячь оружие, Вадя.
Он открыл глаза, увидел начальника управления и встал. Сработал многолетний инстинкт.
— Доктор, — приказал Кафтанов, — подполковника в машину.
— Все нормально. Ушибся чуток. Как Фомин?
— Подрезали его сволочи эти, — с ненавистью выдавил Кафтанов. — Врач говорит, что надежда есть. Ты успел вовремя. Ты-то как?
— Ничего страшного.
— Пошли к Алимову, там уже Малюков и понятые.
Они поднялись по лестнице и вошли в открытую дверь квартиры.
— Значит, Стрельцов, пиши. Я, старший следователь по особо важным делам Мосгорпрокуратуры, советник юстиции первого класса Малюков, 20 августа 1983 года в 19 часов 30 минут произвел обыск в квартире гражданина Алимова Б.В. по адресу: Армянский переулок, дом 6, квартира 17 в присутствии понятых гражданина Фолизина Г.М. и Егорова В. К., проживающих по тому же адресу в квартирах 16 и 15. Обыск произведен на основании постановления Мосгорпрокуратуры за номером 436.
— Так точно.
— Я на кухню пойду, напьюсь, — сказал Вадим.
Он вышел на кухню и сел, вспомнив, что не имеет права трогать ни кран, ни чашки.
А из комнаты деловито звучал голос Малюкова:
— Обыск начат в 19:35, при электрическом освещении…
— Выпейте воды, я из магазина принес. — Саша Крылов протянул Вадиму бутылку боржоми.
И Вадим пил этот необыкновенно вкусный напиток. Пил жадно, чувствуя, как силы постепенно возвращаются к нему.
— Хорош? — спросил Кафтанов.
— Герой. Прямо полицейский комиссар в исполнении Лино Вентуры.
— Олег, — Вадим оглядел форменную красоту Малюкова, — твоя ирония больно ранит мое героическое прошлое. Нашли чего-нибудь?
— Чепуху, — весело ответил Кафтанов. — Пустяки всякие. Камин французской работы, кресты, иконы, несколько картин, пистолет ТТ и одиннадцать тысяч денег.
— Какой камин? — вскочил Вадим.
