В дни осени, старые стенки Сокольниковского монастыря кажутся необычайно молодыми и нарядными. Пустынным и печальным становится улочка, где древние дома словно вышли из моды — но сохраняют свою щеголятку. Колокол Христа Спасителя возвещает о тихой, мелодичной смене дня. Этот тонкий и хитрый звук заигрывает над обнаженными кронами деревьев, скрываясь в тщательно сплетенных дворах, арок и перекрестных переулках....
Никого не интересовали книги, выпущенные тогда. А медаль осталась. Навсегда. Она, как путеводная звезда, провела своего владельца сквозь бурное время реорганизаций. Звание, как щит, надежно закрывало его.
Надежно ли? Об этом стал чаще и чаще думать Долгушин.
Он уже много лет жил двойной жизнью, но, как умный человек, понимал, что когда-то всему этому должен прийти конец. Поэтому и оформлял он документы для поездки во Францию, поэтому и заставлял женщину, которую любил, ложиться в постель к иностранцу и выходить за него замуж.
У него было слишком мало времени. Слишком мало.
Долгушин думал об этом, сидя на сцене Дворца культуры. Он не волновался. Выступать он умел и любил.
— А теперь, друзья, — сказала ведущая, хорошенькая, совсем юная девушка, — выступит лауреат Государственной премии, искусствовед Юрий Петрович Долгушин. Он автор книги «Рукоятка меча», он расскажет нам…
— Минуточку, — Долгушин прервал ведущую, — не раскрывайте моего секрета.
Он подошел к микрофону.
— Итак, друзья, великий философ Средневековья Мартин Лютер сказал: «На том стою и не могу иначе».
Домой он вернулся поздно. Сел в кресло, не зажигая огня, закурил сигарету. Позади был тяжелый день. Но все, кажется, уладилось. Даже Гриша привел себя в порядок и начал работать. Гриша когда-то был прекрасным журналистом, писавшим об искусстве, потом начал пить. Работая в издательстве, попал под суд за взятку. Теперь он стал верным «негром» Долгушина. Автором-невидимкой.
Долгушин курил, но вкуса сигареты не чувствовал, так бывает, когда куришь, не видя дыма. Он щелкнул выключателем. Над письменным столом загорелся цветной колпак настольной лампы.
И тут Долгушин увидел человека. Тот сидел в углу, в кресле. Долгушин напрягся для прыжка.
Человек встал.
— Спокойно, Каин, на своих не бросайся.
— Как ты сюда попал?
— Через дверь, естественно. — Человек подошел к столу и взял из пачки сигарету.
— Садись, — сказал генерал и достал сигареты из кармана пиджака, висевшего на спинке стула.
Орлов сел, прикидывая мысленно, для чего вызвал Кафтанов.
— Я прочел твой рапорт. Что это за ночные визиты?
— Не знаю.
— Как они установили твой адрес?
— Не знаю.
— Да что ты все «не знаю» да «не знаю». А кто должен знать? Я?!
— Я действительно не знаю, Андрей Петрович, кто надоумил родственников Тохадзе прийти ко мне.
— Я думаю, они не остановятся на этом. Жди телеги.
— Я поступил по правилам.
