Автор
В дешевом такси я оказываюсь возле величавого жилища. Кровь холодно бьется в щеках от сырого весеннего ветра и стыда. Пришла бы я туда сама — ни за что на свете. Но неожиданность: ребёнок в детской переноске – это не просто детство, это непреодолимая причина. Атмосфера дома напряжена и загадочна, как яркий забор с кованой дверью, за которым скрывается хозяин....
Конечно же, в лучших традициях мы скрепляем союз поцелуем. А потом еще кое–чем… Знаете, такой сервис доступен далеко не в каждом загсе! Чтобы молодые через несколько минут остались только в кольцах.
Уже когда лежим обнявшись, решаюсь поднять неприятную тему.
– Твой отец сказал тебе…
– До чего они договорились с твоим? О! – Костя смеется по–дьявольски. – Я посоветовал ему подружиться с новым родственником и обсуждать эти темы с ним. Раз ему так нравится.
Мне становится теплее.
– Кость, а моя мама призналась, что именно она испортила соску.
Из любимого вырывается стон удивления и безысходности. Но потом он мирно произносит.
– Зато нам не придется делать кучу экспертиз.
– Она не со зла…
Козырев закашливается.
– Это радует. Но все равно, конечно, жесть. У нас остается одна адекватная бабуля из всей четверки. Хотя она может больше не захотеть нас видеть, ведь мы не дали ей испечь свадебный торт.
Обмениваемся улыбками. Я приподнимаюсь на локтях и заглядываю в глаза любимому.
– Как ты там говорил… Нам никто не нужен?
***
Спустя 5 лет
Есть поговорка про мужа, жену и сатану.
Нет, есть, конечно же, их детки. Сначала малыши, а потом подросшие со своими характерами, радостями и проблемами. Есть друзья и заботливые родные. Коллеги, партнеры по бизнесу и даже школьный родительский коллектив.
Но главными являются все же двое.
– У тебя сегодня до скольких занятия?
Муж вылавливает свежесваренный пакет с гречкой. Я уже порезала к ней зелень. А кофемашина приготовила нам ароматный напиток.
– До четырех.
– Тогда сама заберешь Льва? Я обещал Данилову пересечься. У него там опять какое–то предложение. Можно занять направление в бизнесе. По телефону он не стал говорить.
– Олег неугомонный, – улыбаюсь.
– Я думал, после той личной истории он совсем заляжет в берлогу. Но, как говорится, не дождетесь.
– Данилов прошел шоковую терапию, – хихикаю.
Мы не можем говорить откровенно. Ведь дошкольник–Лев сидит тут же за столом на нашей новой отремонтированной кухне. Мы оформили ее в светлых тонах. Не последний писк моды, зато для особняка круто – много света.
– Пап, я после садика хочу идти играть в компьютер с Алей!
– Только сначала позвони и спроси разрешения.
– Ну мы же друзья!
Кое–кто скопировал привычку папочки заваливать в гости к Авериным.
