Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
Я не знала, что увижу, до того момента, как мы выехали на поляну.
Дом стоял над круглым озерцом, на деревянных сваях, обвитых ползучими растениями. Мелкие голубые и синие цветы источали сладко-пряный запах. Вокруг озера – высокая сочная трава, тоже с цветами, над ними стоял гул от пчел и шмелей. Сам дом оказался деревянным, из блестящих гладких бревен среднего размера. Большие окна с разноцветными стеклами. Я только вздохнула, увидев эти яркие кусочки, что складывались в прозрачно-разноцветные узоры. Такие окна стоят недешево.
Дверь из массивного куска дерева, с блестящими бронзовыми вставками, крыша, покрытая короткой пышной травой. На стенах дикий виноград. Я вдруг поняла, что опять голодная. Надо же, а позавтракала от души. Теперь же снова засосало под ложечкой.
– Ну… – проговорила я. – Теперь мы ждем хозяйку.
Вместо ответа Рейн спрыгнул с лошади и аккуратно помог мне. Я не удержалась, наклонилась и скинула туфли. О да-а-а! Какое блаженство – трава под босыми ногами!
– Разерта уже дома, – проговорил Рейн.
Он кивнул на озеро. И тут я заметила: от лестницы дома до берега вытянулась цепочка из плавучих растений. Широкие круглые листья, прочные даже на вид.
– И ты на них наступишь?
– Ну… раньше наступал, – пожал плечами Рейн. – Идем, Разерта не отличается терпением.
– Совсем не отличаюсь, сладкая! – послышался голос из дома.
Дверь распахнулась, я же опять сглотнула. Дивам сложно находиться рядом с теми, чей разум болен.
По плотным листам, которые лишь чуть прогибались под ногами, мы добрались до дома.
– Заходите.
Рейн вошел первым, точно прикрывая меня. Ну отлично, нарры всех дери! Он ей не доверяет или боится, что я ее порву на кусочки?
Я шагнула через порог и точно окунулась в дикую феерию цвета.
Сверкали узоры окон, поблескивали тут и там вазы, кристаллы и жидкости в толстых флаконах, в упор били по глазами ковры из игенборгского шелка.
– Гости, заходите, гости!
Разерта стояла у длинного стола, заваленного… да чего там только не было! Я успела разглядеть несколько слитков золота, риггийские самоцветы и глубоководный алмаз. Самое твердое вещество из известных.
– Хорошие подарки, Рейн.
Разерта поддела пальцами один из серебристых мехов. Прижала к щеке и мурлыкнула. Меня почему-то передернуло.
