В темном и напуганном доме доносятся голоса, а Наташка сомневается в безопасности выйти. Опорачиваясь на старое кресло, героиня решительно встает, заставляя подругу прокомментировать опасность свирепым фырком и предостережением о бабке Соне.
Глава 32
Глава 32
— В домик ни шагу, пока эти здесь! — распорядилась, озабоченно нарезая круги по столовой, — куда они их положили?
— Два сундука под кровать запихнули, — быстро отрапортовал Стин, с опаской на меня поглядывая.
— Два сундука, зачем? В голову им, что ли прилетело? И как теперь быть? — ворчливо съехидничала, — простите констебли, мы тут пару сундуков с монетами прихватили, даже не знаем, как так вышло.
— Нееет.
— Вот и я так думаю, поэтому никому ни слова и в сторожевой домик ни шагу, — рыкнула я, — нет там ничего и всё тут.
— Слушаюсь, — кивнул Стин, ошалело на меня взглянув, он, вжимаясь в стену прошмыгнул мимо меня и сбежал из столовой.
— Хм…, — задумчиво проследила за бегством мужчины, тоже отправилась к выходу.
— Ой! Это вы госпожа, — испуганно вскрикнула Молли, вытаращив на меня глазищи.
— Я, а кого ты здесь думала увидеть?
— Так… у вас волосы торчат и глаза от лампы светятся. Аж жуть берёт, — пропищала служанка, пятясь от меня.
— Ты чего хотела? — не стала продолжать разговор о моей внешности, догадавшись о причине спешного бегства Стина из столовой.
— Там мсье Фрэнк очнулся, вас зовёт.
— Ооо... отлично, — воскликнула, рванув на второй этаж, не замедляясь и на секунду, распахнула дверь покоев, где почивал братец.
— Мамочка... — просипела Берта, сползая с табурета, стоило мне только войти.
— Это я, выдыхай, трусиха! И что не так-то? — возмущённо высказалась, бегло взглянув на брата, который тоже выпучив глаза, теперь, кажется, не дышал, но выглядел вроде неплохо, поэтому я поспешила в ванную, мельком взглянув в зеркало, подытожила, — не так уж и страшно, всего лишь волосы торчат, подумаешь.
— Ваша светлость, — пролепетала Берта, застыв истуканом у кровати, указала на дверь, — можно?
— Иди уже, — махнула рукой, на ходу приглаживая волосы, буркнула себе под нос, — видно, от ужаса за волосы себя дёргала.
— Испугалась за меня? — тихо спросил братец, ехидно хмыкнув.
— Ага, как же, — рявкнула, поддавшись к неподвижному телу, прошипела, — ты как себя чувствуешь? Говорить можешь?
— Нда…
— Тогда какой холеры вы, пребывая в потрёпанном и дырявом виде, стащили чужие монеты, даже ещё и так не надёжно их спрятали? А теперь у меня во дворе стоит шатёр, в котором обосновались констебли и мимо них никак не прошмыгнуть.
— Джек должен был сказать, до приезда констеблей, — прохрипел Фрэнк, тут же застонав.
