И то, что он сейчас рассказывает моим родным свою историю, это просто низость. Или ты так не считаешь?
— Но ты не отпустила с ним Аришу. Мы могли бы её забрать…
— Мама, я не дам ему ребёнка. Даже на день не дам.
— Ну, не ему… — Елена Георгиевна откровенно мялась и подбирала слова. — Я же говорю, мы могли бы…
Нина отвела от Кости глаза, зажмурилась на секунду.
— Мама, ты же знаешь, она без меня не может. Я никогда её не оставляла больше, чем на несколько часов. Она нервничает.
— Это я и считаю неправильным. Ты слишком её оберегаешь.
— Нет…
— Вот исполнится ей пятнадцать, и она скажет тебе, как ты нам с отцом когда-то: уезжаю, жизнь новую устраивать.
— Мама, Арина так не сделает. — И тише добавила: — Она другая.
— Надейся. Вот тогда ты поймёшь, каково это.
— Мама, ради бога! — Дёрнула ногой, когда Костя случайно задел пальцами её ступню и стало щекотно. — Давай прощаться, уже поздно.
— Папа хочет, чтобы ты приехала. В эти выходные.
— Я не знаю.
— Нина, он требует.
— Он требует? — повторила Нина за ней, а на Шохина взглянула, извиняясь. — Хорошо, может быть… Если Пашка уедет к тому времени.
Костя сделал большой глоток и кивнул, соглашаясь с ней. Нине это показалось издёвкой, и она толкнула его ногой в бок. А когда Нина разговор закончила, поинтересовался:
— Кто и что требует?
— Папа хочет, чтобы я приехала на выходные. Видимо, будут сокрушаться, а потом учить жизни.
— Занятно.
— Что? — Нина попробовала возмутиться. — Мне не сорок лет, обо мне родители ещё беспокоятся.
— Мне тоже не сорок.
— Ага. Тридцать восемь. — Нина присмотрелась к нему и притворно ахнула, стараясь его поддразнить. — Боже мой. Ты из-за этого переживаешь?
— Какая ты бываешь вредная, — вроде бы поразился он.
Нина рассмеялась, перевернулась, чтобы быть к нему ближе. Но вместо того, чтобы продолжить милую перебранку, прижалась к его плечу и сказала:
— Придётся съездить. Пашка там смуту навёл, родители не на шутку обеспокоены. — Она поводила пальцем по его голой груди, потом заглянула в глаза. Шохин вздёрнул брови, явно не понимая, чего она от него хочет. Затем вынес предположение:
— Боишься, что он рассказал о «Тюльпане»?"
"— Да нет, не боюсь. Не думаю, что он решится. Хотя, кто знает. Хочу съездить и саму себя успокоить.
— Съезди.
Нина разглядывала его.
— Ты будешь по мне скучать?
Он едва заметно нахмурился.
— А ты надолго?
— На пару дней. Дольше вряд ли выдержу.
— А, ну раз на пару дней… Сойду с ума.
Нина стукнула его по плечу, а Костя рассмеялся.
— Шучу.
Нина поцеловала его в подбородок. Потом ещё раз.
— Костя…
Он невнятно отозвался, не отрываясь от бокала.
— А я буду скучать.
— У тебя не будет времени.
— Может быть. Но всё равно буду скучать. По ночам.
Шохин довольно хохотнул.
— Это да.
Нина лишь головой качнула.