Старуха с округлым щеками и темным цветом кожи, словно медная тарелка, наблюдала за дробящимся перевернутым месяцем. Джунгли готовились к проливному дождю, создавая мистический хор из визгов обезьян, треска водопадов и чудесных птиц. Мгла накрывает океанские пространства, а звезды мерцают на темном свете луны....
Женщина много плакала и просила ее отпустить. Три дня ее уговаривали пробудить в себе благодарность за то, что она стала избранной. А затем начали потихоньку добавлять в воду отвар местной лианы, вызывающий помутнение рассудка.
Наконец день настал, женщину омыли родниковой водой, вплели в ее косы благоуханные тропические цветы, умастили кожу густым коксовым маслом, подвели глаза и брови.
Когда ее привели к вулкану, все пали ниц – настолько прекрасной она была. Сама женщина мало что понимала, покорно позволив подвести себя к краю пропасти, на дне которой, как в алхимической реторте, кипела лава.
А потом все стали ждать, затаив дыхание. Прошла одна минута, две, пять, десять…"
"Но ничего не происходило. Женщина погибла в огне, как и следовало обычной человеческой самке. Великая богиня отвергла ее, не удостоила своим поцелуем.
Это было такое разочарование, что в следующий раз Старик заговорил о вулкане через много лет после гибели великанши.
Новая женщина, которую он счел достойной, появилась сама. На уличной ярмарке подошла к одному из охотников, который вряд ли бы обратил на нее внимание. Обычная веселая туристка, каких толпы на местных курортах.
«Мне кажется, что вы – моя судьба!» – сказала она охотнику. И не ошиблась.
Женщину звали Ханна. Она была из Восточной Европы. Школьная учительница, которая однажды решила все бросить и уйти в отрыв. В мире витал праздничный дух свершившейся сексуальной революции.
От женщины не стали скрывать, зачем ее привезли на остров. К своей миссии она отнеслась с восторгом, чем поразила даже Старика. В природе любого человека утвержден страх смерти. Психологи считают, что это базовый страх. На уровне инстинктов человек будет до последнего цепляться за возможность остаться в живых. Но эта женщина настолько ревностно верила в непрерывность круговорота бытия, что воспринимала собственную смерть всего лишь незначительным приключением на длинном пути.
Ханну не пришлось толкать в жерло вулкана. Она сделала шаг сама. Немного постояла на краю, закрыв глаза и раскинув руки так широко, словно хотела обнять само небо. И диковинной птицей храбро ринулась вниз. Но чуда не произошло и на этот раз.
Были и другие. Великая богиня не приняла никого. Каждый раз Старик испытывал разочарование и досаду.
