В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
— А Матвей?
— Матвей жил с ним.
— Поэтому ты день рождения с Симой празднуешь?
— С днем рождения меня. — Лера взяла свой бокал, чокнулась с его кружкой: — С днем рождения тебя, — и добавила: — Я его вообще не праздную. Праздновали с Симой до тринадцати лет, а потом, когда папа забрал, перестали. Мама в этот день умерла, для отца это не праздник. Нет, он поздравляет, дарит шикарные подарки… Машину в этот раз, видишь, подарил. Но заранее. Или позже. В основном заранее. Никогда день в день. Я не отмечаю свой день рождения, у меня и на работе все об этом знают.
Лёшка тоже обрадовался, что они заговорили о другом. Надо было выразить понимание, что-то сказать в поддержку, но ему казалось, что сочувствие лишь обидит Леру.
— Хочешь узнать, как Снежок, приходи и проверь лично.
— Ну да, у меня же теперь два пациента.
— Лерочка, получается, ты мне ящик текилы проспорила.
— Точно, — рассмеялась Лера. — Придется отдавать, раз проспорила.
Легли они поздно. Лера устроила Лёшку в своей комнате. Он вырубился, едва голова коснулась подушки. Оставив для него воду на столике у кровати, она спустилась в гостиную и устроилась на диване. Не стала ложиться к нему, чтобы не тревожить. Эту ночь, вернее, ее остаток ему нужно провести в покое.
И снова проснулась утром от собачьего лая. Лаял Пират. Прямо у нее над ухом.
— Что тебе надо от меня морской демон? — проворчала Лера, поворачиваясь на другой бок.
«Морской демон» ткнулся ей в ухо и облизал щеку. Убедившись, что поспать больше не удастся, Лера выбралась из-под пледа и пошла в кухню, где Сима уже готовила завтрак, громыхая сковородками.
— Доброе утро, — обняла мать сзади, ненадолго прижавшись своей щекой к ее щеке.
— С днем рождения, рыбка моя, — Сима пригнула к себе ее голову и поцеловала в волосы.
— Что на завтрак?
— Сырники. Твой спит еще?
— Спит, — подтвердила Лера, не тратя силы на объяснения, что Полевой вовсе не ее и между ними ничего нет, которые после вчерашней заварушки уже не помогут.
— Ты ничего про него не рассказывала…
— Собиралась. Да и рассказывать особо нечего. Папа против.
— Кто бы сомневался, — недовольно хмыкнула Сима. — Он всегда будет против. Житья тебе не даст.
