Я вздохнул, развёл руками и стал рассказывать. О том, как человечество убежало с другого материка. О том, почему была разрушена и заброшена старая столица людей. О Зле, захватившем весь старый материк и простирающем щупальца к новым землям. Королева Абелла побледнела. Пересела к мужу и крепко схватила его за руку. Даже старший брат градоначальника Хембо Пресим малость взбледнул. Лишь король оставался невозмутим с виду. Хотя я видел, что это лишь демонстрация. Властитель Кочелена привык всегда носить маску, но и ему было не по себе. Такие новости кого угодно из себя выведут. После моего рассказа в комнате повисла гробовая тишина.
– Ужас какой, – прошептала королева, и повернулась к мужу: – Саот, и что же нам делать?
– Я думаю, у герцога Белогора есть какое-то предложение? Они с этой информацией дольше живут, и имели возможность продумать варианты!
– Предложение есть. Но я даже не знаю, кому его здесь озвучивать. Ожидал увидеть объединение королей, помочь им в войне, а потом заручиться поддержкой, а в итоге, – я развёл руками, показывая, что и предлагать-то некому.
Саот Эрье скривился, покивал, и проговорил будто нехотя:
– Сам не ожидал от… союзничков. И ладно королевство Тубэн, оно уже к восточной части материка относится, но Булган, Икенч и Беренч! – король со злостью ударил кулаком по столешнице, да так, что бокал с вином упал, и напиток тёмно-бардовый, густой и ароматный растёкся по столу, будто лужа крови.
Сражу же появился слуга, который быстро подхватил подносы с едой, вытер лужу и так же быстро исчез. Абелла успокаивающе положила ладонь на плечо мужа, и легонько потрепала его. Саот на секунду прижался щекой к ладони жены, и произнёс:
– С востоком говорить можно, сразу четыре королевства: Унар, Урта, Ярыл и Тубэн давно заключили между собой союз. И реально друг за друга горой. Если бы Тубэн ввязался в войну на нашей стороне, остальные королевства тут же поддержали бы союзника. Но, увы…
– Ваше Величество, – герцог Боро тактично кашлянул, – Я вам уже говорил, что в произошедшем есть и наша вина!
Король Эрье нахмурился, и кивнул, соглашаясь. Потом повернулся ко мне:
– Мы, мягко говоря, оказались полностью не готовы к войне. Видимо, поэтому нас и решили… сдать Басману. Пираты до нас не добирались никогда. Если и добирались, то в небольших количествах, и отбить их небольшими гарнизонами не оставляло труда. В итоге у нас и армии как таковой нет.
