В этом нет ничего особенного.
— Хорошо, — его бриллиантовые глаза сузились. — Поступай, как считаешь нужным.
Она убрала покрывало.
— Нет ничего…
О… Мой Бог!.. У пациента была эрекция. Огромная эрекция. Тяжелый член лежал вдоль нижней части его живота, от паха до пупка, впечатляя своим возбуждением.
— Ничего особенного, помнишь? — протянул он.
— А… — она откашлялась. — Ну… я просто продолжу.
— Без проблем.
Но проблема заключалась в том, что она никак не могла вспомнить, что именно должна была делать с полотенцем. И она смотрела. Прямо-таки уставилась.
Логичная реакция при взгляде на мужчину с причиндалами размером с биту Луисвилл Слаггер71.
О Боже, неужели она на самом деле так подумала?
— Поскольку ты уже видела, что со мной сделали, — сухо сказал он, — могу лишь предположить, что сейчас ты выискиваешь грязь в пупке.
Нда. Верно."
"Джейн вернулась к процедуре, пробежав полотенцем по его ребрам.
— Так… Как это произошло?
Когда он не ответил, она взглянула на его лицо. Его взгляд был направлен в другой конец комнаты, и глаза были тусклыми, безжизненными. Она уже видела подобный взгляд у пациентов, которые подвергались насилию, и знала, что в данный момент он вспоминает тот ужас.
— Майкл, — пробормотала она, — Кто причинил тебе боль?
Он нахмурился:
— Майкл?
— Тебя зовут по-другому? — она вернула полотенце обратно в ванночку. — Почему я не удивлена?
— Ви.
— Извини?
— Зови меня Ви, пожалуйста.
Она вернула ткань на место.
— Ну, тогда Ви.
Он наклонил голову, наблюдая за движениями ее рук вверх по его телу, затем опять вниз. Она сдерживала себя, стараясь не касаться его совсем низко. Потому что, несмотря на то, что он отвлекся на свое уродливое прошлое, он по-прежнему был возбужден. Очень возбужден.
Ладно, пора двигаться вниз. Алле, она же взрослый человек. Врач. У нее даже была пара любовников. Перед ней сейчас лежала лишь биологическая функция, результат прилива крови в его невероятно большой…
Ох, не в этом направлении должны идти ее мысли.
Джейн стянула ткань с его бедер, пытаясь игнорировать тот факт, что его тело начинало двигаться, когда она прикасалась к нему, спина выгибалась, а тяжелое возбуждение на его животе поднималось и опускалось.
А на конце застыла блестящая, заманчивая капля.
Она посмотрела на него… и замерла. Его глаза сосредоточились на ее горле, они горели желанием, причем не только сексуальным.
Любое влечение которое она, возможно, испытывала к нему, исчезло. Это был самец другого вида, не человек. И он был опасен.
Его взгляд упал на полотенце в ее руке.
— Я не собираюсь тебя кусать.
— Хорошо, потому что я не хочу, чтобы ты это делал. — В этом она была уверена. Черт, она была рада, что он смотрел на нее так, потому что это вернуло ее обратно в реальность.