Не сговариваясь, Аглая и Жермена подхватили ее под руки и потащили за собой. Почувствовав опору, Элори вдруг тихо заговорила:
— Он жутковатый, да?
Аглая сцепила зубы. Она ни словом не обмолвится об этом монстре.
Жермена так же тихо спросила:
— Кто?
— Катонский палач. В смысле, Его Высочество. Жуткий. Но такой притягательный… Все никак не могу решить, кто красивее: он или его брат. Наши мужчины и в подметки им не годятся.
Жермена пожала плечами:
— Он действительно хорош собой. Но почти все оборотни привлекательны.
Аглае разговор нравился все меньше. Снова проснулась ревность. Да какая ей вообще разница?! Он ей никто. И остальные могут обсуждать его столько, сколько хотят.
— Когда он к нам подошел, я и перепугалась, и обрадовалась. Сам принц! — Глаза Элори зажглись восторгом. — Отец не поверит. Интересно, ему кто-нибудь приглянулся? Может, он тоже захочет выбрать себе невесту?
— Понятия не имею. — Жермена бросила на Аглаю опасливый взгляд. — Возможно, и захочет, раз вызвался участвовать во всем этом.
Аглае становилось все труднее сдерживаться. Она понимала, что ничего особенного не происходит, что это нормальная женская болтовня. Но в груди зудела жгучая ревность. Как будто, у нее были какие-то права на этого мужчину.
Но и Элори так бесцеремонно его обсуждала… Словно соглашаясь с ее возмущением, неподалеку каркнула ворона.
Чуть впереди Дамазы задрал голову, выискивая глазами птицу. Чуть волнистые волосы скользнули по могучей спине, обтянутой черной кожей.
Элори мечтательно вздохнула:
— О, боги… Какой же он… Так непривычно видеть длинноволосого мужчину… Интересно, каким он будет, если распустит их?
Аглая сжала зубы и заставила себя медленно выдохнуть. Да какого черта?! Столько можно его обсуждать?!
Но Элори не унималась. Решила, наверное, проверить выдержку Аглаи на прочность:
— Я вот все представляю, а какой он без одежды? — Она смущенно хихикнула. — Только подумайте, все эти мышцы, мускулы… Настоящий мужчина… — Она понизила голос до едва слышного шепота. — Как думаете, мужской орган у него тоже большой?
— Леди Элори! — На этот раз споткнулась Жермена.
А Аглая едва не встряхнула девчонку. Завязать бы ей язык узлом! Чтобы меньше болтала. Вот же…
— А-а-а!
Откуда ни возьмись в болтушку врезались сразу три вороны. Крупные, упитанные, с лоснящимися перьями, они кружили над девушкой, норовя запустить когти ей в волосы и лицо.
— Помоги-и-те!
Аглая вспомнила ночь в лесу и стаю набросившихся на нее птиц. Она и то так не вопила, как Элори. Хотя ее тогда окружили десятки ворон.
Вот и поделом девчонке! Нечего язык распускать. Аглая поняла, что больше не испытывает страха перед птицами. Наоборот. Они словно делают то, на что не отваживалась она.