Старик что-то жарил на вертеле, и от запаха мяса, у Аглаи заурчало в животе.
— Не побрезгую. — Она устроилась рядом с ним на небольшом бревне.
Оборотень взял небольшую флягу и чем-то взбрызнул тушку. Аглаю окутала новая волна аппетитных запахов. Она искоса взглянула на странного мужчину. Кем угодно, но стариком он не казался. Конечно, он не был молод. Скорее всего, ему столько же лет, сколько и князю. Но в нем чувствовались мощь и сила.
Наверное он неправильно истолковал ее взгляд, потому что улыбнулся и указал на свою щеку:
— Давно уже красивые девушки не составляли мне компанию. Вы не смотрите, что я уродлив. Среди наших мало кто может похвастаться телом без шрамов.
Аглая пожала плечами. Оборотень ей нравился.
— Глупо называть рану уродством. Настоящее уродство не разглядеть, потому что оно в душе. Предательство, измены…
Она резко замолчала. Что это ее потянуло философствовать?
Оборотень тихо рассмеялся:
— А вы и в самом деле исключительная. Неудивительно, что он выбрал вас.
Не нужно было уточнять, кем именно был «он». Ее покоробило «он ВЫБРАЛ вас». А она его не выбирала. Но вряд ли здесь ее слова имеют вес.
Мужчина вытащил нож и начал разделывать готовую тушку.
Протянул Аглае ароматный мясистый кусочек.
— Осторожно, горячо.
Обжигая пальцы, она ухватилась за краешек.
— Как вас зовут?
Он удивился ее вопросу.
— Давненько красивые женщины не интересовались моим именем… Я — Лазаж, княжна.
— Очень приятно. А я — Аглаида.
— Я знаю. По правде, молва трубит о вас так много, что я познакомился с вами еще до того, как увидел.
Аглая не совсем понимала, что он хочет этим сказать. Оборотень явно был хитер. Да к тому же сказал, что Дамазы оставил его присматривать за ней. Что-то ей подсказывало, что этот разговор неспроста.
— Вы ешьте, княжна… А то остынет…
Сам Лазаж вгрызся зубами в свой кусок и с причмокиванием начал жевать. Аглая тоже откусила кусочек обжигающе горячего мяса. То ли голод свою роль сыграл, то оборотень действительно знал толк в готовке. Сочное мясо таяло на языке.
— М-м-м… спасибо. Очень вкусно. Что это?
— Куропатка. На ужине у Балаха плохо кормили?
Она не сразу поняла, о ком Лазаж говорил. Так просто называл своего короля по имени, как будто не совсем… уважал его.
Она не собиралась откровенничать с хитрецом. Кто знает, что он задумал?
— Его Высочество все время отвлекал меня… разговорами. Мне не удалось поесть.
— Дамазы? Неужто, он разговорился? — Лазаж хохотнул. — Да из него и под пытками пустых речей не вытянешь.
Аглая вздернула брови:
— Вы так говорите, как будто его много раз пытали.
— Для кого-то, может и не много… А кто-то и после одного раза жизни лишался. Принц пять раз на своей шкуре ощутил, каково это.
Такого Аглая не ожидала. Оборотень ее обманывает — иначе быть не может.