Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
У меня даже не было сил огрызнуться. Измученно улыбнувшись, повернулась к дверям.
— Погоди, — внезапно раздался голос леди Матильды.
Я обернулась.
— Скажи. Жалеешь ли ты, что попала на этот отбор?
— Нет, — грустно усмехнулась, — это было здорово.
Я не врала. Это действительно было здорово, несмотря ни на что.
— И тебе жалко уходить?
— Очень.
Нольд смотрел на меня и победно ухмылялся.
— Тогда ты останешься, — выдала его леди Эревел, и в зале повисла гробовая тишина.
Ленд Барсон первым пришел в себя и осторожно спросил:
— Но как же правила?
— Правила гласят, что у Смотрящих есть право дать иммунитет одной из участниц отбора, если она не справиться с испытанием.
Ухмылка стекла с лица блондина, и он недоверчиво уставился на мать.
— Зачем… — начал было он, но Матильда вскинула руку в нетерпеливом жесте, и недовольному сынку пришлось заткнуться. Он побагровел так, что даже кончики ушей стали ярко малиновыми.
— Я правильно понял, Смотрящие дают иммунитет Ксане из Боунса.
Матильда посмотрела на своего мужа, потом на наперсника жениха, те слаженно кивнули.
Нольд развел руки в стороны и в изумлении смотрел на эту троицу.
— Да.
— Как пожелаете, — Барсон склонил голову и хлопнул в ладоши. В тот же миг аххис снова ожил. На пустом месте появились искры, которые закрутились вихрем и снова превратились в мою фигурку.
— Да! — завопила я от радости, да так громко, что стоящие рядом со мной невесты, кинулись врассыпную. — спасибо вам огромное!
Попробовала присесть в глубоком благодарном реверансе, но запуталась в подоле и едва не повалилась на пол.
— Простите.
Похоже, лучше вообще не шевелиться, пока очередных дел не натворила.
Мне не хватало воздуха, щеки просто полыхали, а грудь распирало от восторга.
— Ну что ж, сегодняшнее решение Смотрящих было неожиданным, — распорядитель выглядел слегка обескураженным, — Но мы все рады, что Ксана осталась с нами.
Натаэлла только фыркнула, а Люси, по-моему, слегка подавилась от злости. Остальные тоже что-то не пылали восторгом и пламенной любовью в мой адрес.
Я осталась. И это главное. А то, что бедного жениха перекорежило так, что аж позеленел весь — это ничего страшного.
— Отдыхайте. Через два дня вас всех ждет новое испытание.
Череда расстроенных невест потянулась к дверям, и я возглавляла шествие, мечтая поскорее оказаться в своей комнате и перевести дух.
Правда у деверей все-таки остановилась и, обернувшись, нашла взглядом Нольда.
