Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
Взял за руку, и легко коснулся губами тыльной стороны ладони, при этом глядя мне в глаза.
— Мы с Ксаной женимся, — осчастливил своим заявлением окружающих, и в комнате повисла тишина.
— То есть как женитесь? И почему с ней??? — Илону перекосило. Красивые губы скрючились, как куриная попка, а глаза стали огромными словно блюдца. — это шутка, да?
— Нет, — белобрысый продолжал держать меня руку, — после долгих уговоров Ксана согласилась стать моей женой.
Маменька опять заревела, отец пару раз растроганно шмыгнул лиловым носам, а Илона завопила:
— Не может этого быть!!! Она же…она, — сестра обличающе тыкала в мою сторону пальцем, — она-лошадь!
— Иго-го-го! — громко заржала я.
— Да ее на люди выпускать нельзя. Она даже танцевать не умеет!
— Да-да, я помню, как неделю хромал после нашего первого танца.
— Она — неудачница!!!
— Полнейшая, — тут же согласилась я.
— Зачем она тебе нужна?
— Кстати, огненный, напомни-ка.
— Затем, что я люблю тебя, — притянул к себе и поцеловал в висок.
Илона позеленела еще больше, начала хватать воздух ртом, а потом свалилась в обморок.
— Это от зависти, не обращайте внимания, — меланхолично отозвался отец, привыкший к ее капризам, и неловко переступая с ноги на ногу, шагнул к нам. Пожал руку Нольду, меня обнял крепко, по-отечески и, еще раз шмыгнув носом, ушел из гостиной.
Остались только мы двое, и Илонка на полу.
— Мне ее перенести на диван, или сама поднимешь? — весело предложил он.
— Сама, — я наклонилась к ней, взялась за ее руку и чуть-чуть силы своей отпустила. Самую малость. Но этого хватила, чтобы сестра с воплем вскочила на ноги и бросилась прочь.
Я проводила ее счастливым взглядом, но не успела сделать и шага, как снова оказалась в крепких мужских объятиях.
— Я, значит, тут как герой при всех признаюсь в своих чувствах, а она молчит, — проворчал белобрысый, — так дело не пойдет. Говори.
— Я тебя люблю, — покорно произнесла, не пряча счастливой улыбки.
— То-то же, — огненный маг притянул к себе и снова поцеловал, да так что я забыла обо всем на свете.
Конец"
