В глубинах подземных провалов и заброшенных храмах ждут вас длинные плоские черви Драрх, неприятный запах которых заставит зашуршать ваши волосы. На белых полях зеркальных пустошей вы встретите туповатую клушу-беременную, которая смотрится как извиняющаяся принцесса. Здесь каждое существование обречено на вечное одиночество и неудачу....
Не вижу смысла выискивать вредоносные заклятья — нам уезжать уже через два дня. Дотянешься?"
"— Нет, — фыркнула принцесса. — Я с прошлого раза не выросла, все-таки дочь королевских кровей, а не гриб на лесной поляне.
Лима, худая и высокая, рассмеялась своим неповторимым лающим смехом и легко дотянулась до рычага. Скрытая дверь в сад провернулась без малейшего скрипа. Не зря же подруги воровали на кухне масло и смазывали все механизмы в облюбованных тайных ходах. Не во всех, конечно. Такую искреннюю заботу испытали на себе лишь те отнорки, которыми подруги привыкли пользоваться.
— Ну, поведай мне, о хитрая лисица, что удалось вынюхать, — Лота прищурилась и рассмеялась, когда солнце превратило рыжие косы подруги в ярко-алое золото.
— Ты бы присела на корягу-то, — мрачно посоветовала Лима.
Удивленная и настороженная, принцесса поспешно плюхнулась на поваленный ствол. Вообще, эту часть королевского парка было не найти никому. Ни садовнику, ни Лотанари с Лимой. И это при том, что они знали, в какой стороне искать.
— Правитель Эльфхиира, Идрис Эйлог Ллинос устраивает отбор невест, — торжественно произнесла Лима.
На что Лота закатила глаза:
— Уж об этом мне мать с сестрой все уши прожужжали. Ах какая прелесть, ах какая радость. Ой какой событие! Как же там будет интересно! Тьфу.
— Тебе будет особенно интересно, — хмыкнула лисица и припечатала, — о первая человеческая девушка в отборе для эльфийского Правителя.
Лота ахнула, подскочила на месте и поведала Лиме и миру, в каких позах и с помощью каких предметов мама с папой заделали Идриса Эйлога Ллиноса. И чем он болел, пока был маленький. И как часто падал, бедный, да все на голову.
— А я-то и думаю, почему это для меня пошили столько эльфийских тряпок, — прошипела принцесса. — Никогда людей не заставляли надевать аутентичные лесные наряды, а тут вот оно как! Вот же дрархи паршивые! Вот же оршери ушастые!
Еще с минуту принцесса ругалась не самыми пристойными словами и вдруг замерла.
— Это ж какой позор. Позор-позорище! Толстая беременная клуша с глазами доброй коровы участвует в битве за сердце ушастого повелителя! Только у нас, только сейчас — спешите видеть! Я же урод в их одежде, Лима.
Лисица присела рядом с подругой и крепко обняла ее за плечи:
— Хочешь, я тебе пояс куплю?
— Предлагаешь сразу повеситься? — хмыкнула принцесса.
