И вас я люблю всем сердцем, просто по мере сил это скрываю, потому что нам обоим так проще и веселей. Но жить я хочу у него. Мне интересно, как это будет!
Он ткнул в меня пальцем и рассмеялся, явно наслаждаясь моим замешательством.
– Влипли, сэр Макс? Что может быть хуже незваного гостя! И отказать нельзя, не так вы воспитаны. Человеку моей эпохи в этом смысле гораздо проще: вежливыми мы отродясь не были. Лично я бы сейчас себе наотрез отказал.
– Да я бы тоже вам отказал, – честно признался я. – Просто понимаю, что сам виноват: очень уж сильно в последние дни хотел развлечений. А в моем случае это все равно что послать официальное приглашение всем неприятностям в Мире сразу – наугад, какая первой поймает. Положа руку на сердце, вы, при всех ваших неоспоримых достоинствах, далеко не самый худший вариант.
– Я – отличный вариант, – заверил меня Гэйшери. – Самый необременительный гость за всю обозримую историю человечества. Кормить не надо, жить готов хоть в чулане, характер у меня покладистый…
На этом месте Сотофа и Джуффин дружно отвернулись, чтобы мы с Гэйшери не видели их злорадных улыбок, а я хотел сказать: «Это вам только кажется», – но благоразумно промолчал. Потому что на самом деле за покладистым характером – это ко мне. Мало ли, что со стороны не сразу заметно. Надо просто очень внимательно смотреть, вооружившись оптическими приборами. Старинное сельское заклинание, позволяющее отыскать иголку в стоге сена – всего-то двадцать первая ступень Черной магии – тоже сойдет.
– А вы собираетесь ходить по улицам? – вдруг спросила леди Сотофа.
– Конечно. Мне любопытно взглянуть, как людям сейчас живется. А что?
– Я вам уже говорила, вы наверное не расслышали, или забыли. Но… К сожалению, у нас по-прежнему такое не носят. Я имею в виду ваше лицо.
Если бы за прошедшие годы я не привык считать леди Сотофу Ханемер самым могущественным существом в этом Мире, я бы сейчас за нее испугался. А так только свою голову руками прикрыл.
Но Гэйшери, к моему удивлению, не стал обрушивать на нас потолок. Даже ни одного светильника не грохнул. Только спросил с совершенно искренним удивлением:
– А что не так с моим лицом?
Отличный вопрос. Даже интересно, как Сотофа будет выкручиваться, чтобы не сказать ему: «Все».
– Со времени вашего предыдущего визита, шрамы так и не вошли в моду, – вздохнула она. – И в отношении цвета лица мы по-прежнему довольно консервативны, хотя в последнее время горожане начали понемногу экспериментировать в этом направлении.
