Автор
В палате медленно разгорается жар, а боль укутывает каждую клеточу тела. Каждый шепот соседа и каждый звук за окном кажется знакомым. Вы выжимаете последние силы из себя, чтобы выйти из этого подземного мира, но руки подводят, а сердце готово треснуть. С каждым днем документы становятся ближе к тому, кем она всегда была уверена — женщиной, чужой и непонятной. Уйду ли я прежде чем они меня найдут?...
Ноги не держат. И мне необходимо достучаться до Льва.
Надо сохранять спокойствие. Истерикой горю не поможешь. Нужен конструктивный, вежливый диалог.
— Спасибо за стол, — беру чашку с чаем, но что-то останавливает, от того, чтобы сделать даже один глоток. — И я ценю ваше гостеприимство, но меня ждет муж и дочь…
— Это не твоя дочь! — Лев аж подпрыгивает на месте, усы зловеще шевелятся. Но он в мгновение берет себя в руки, — Прости, я хотел сказать, что ты воспитываешь Марусеньку как мать, но биологически она не твоя.
— Знаете, как говорят, неважно, кто на свет привел, важно, кто воспитал, — держусь из последних сил. Понимаю — одно неосторожное слово, и я все окончательно испорчу.
— Да, да, — рассеянно кивает, он сейчас явно думает о чем-то другом. — Вадим тебя не ждет. Ты сама знаешь. И я готов тебе помочь, — расплывется в довольной улыбке.
— И все же, я бы хотела вернуться к мужу.
— Попробуй этот чудесный салатик… А курочка запеченная, гарантирую, пальчики оближешь, — продолжает говорить слащавым голосом.
— Все восхитительно, только… Лев… мне действительно пора домой. И я вам очень благодарна за гостеприимство, за желание помочь…
— Какое гостеприимство, — в мутно-зеленых глазах мелькает что-то пугающее. — Теперь это твой дом, Кариночка.
— Лев! Нет! Я не соглашалась, — все же не выдерживаю и вскакиваю со стула. — Вы не можете! Меня ждет Марусенька!"
"— И она скоро будет с тобой, обещаю, — протирает салфеткой усы.
— Что… что вы задумали?
— Тебе понравится, будь уверена, — Лев говорит это так, что у меня спина покрывается инеем.
— Муж, он будет меня искать! Отпустите меня, пожалуйста! — на глаза наворачиваются слезы бессилия.
— Располагайся. Осваивайся. Еще немного и сможешь стать полноценной хозяйкой в этом доме, — подмигивает мне. — Не планировал говорить раньше времени, но уж больно захотелось тебя порадовать.
— Чего? Порадовать? — у меня слов нет. Открываю и закрываю рот. Он сам осознает, что несет?
— Да, вижу как рада! Но всему свое время. Сейчас надо отдыхать. Мои парни тебя проводят, комнату покажут, — продолжает нести ахинею.
— Какую комнату, Лев?!
— Твою. Пока раздельно будем спать. Тебе привыкнуть надо. Но скоро, обещаю, мы станем полноценной семьей, Кариночка, — и это дикое обещание, он реально в это верит. Вижу по его страшным глазам, потому как мерзкие усы триумфально шевелятся.
— Вы… вы тоже, — сложно произносить гадкую догадку, но язык за зубами нет сил держать, — Я напоминаю вам Василису? — сглатываю горький ком.
