Автор
В палате медленно разгорается жар, а боль укутывает каждую клеточу тела. Каждый шепот соседа и каждый звук за окном кажется знакомым. Вы выжимаете последние силы из себя, чтобы выйти из этого подземного мира, но руки подводят, а сердце готово треснуть. С каждым днем документы становятся ближе к тому, кем она всегда была уверена — женщиной, чужой и непонятной. Уйду ли я прежде чем они меня найдут?...
Лев заплатит за все, за искалеченные жизни, за свою дьявольскую игру. Не успокоюсь, пока собственноручно не увижу его мучения. Пусть живет долго, очень долго, и каждый его день будет хуже предыдущего.
Боль бежит по венам вместе с кровью, лишь она настоящая, она меня питает, она все, что осталось от Василисы, и я ни за что ее не променяю.
Мчу на байке, ветер в лицо, впереди горизонт, небо… оно для меня бесцветное, я утратил его краски… Поломанные крылья ворона, свисают на спине, болят, напоминая, почему я все еще копчу эту землю.
Дома сразу же иду к сыну. Он во сне поворачивается ко мне и обнимает ручками. Его любовь — мой якорь. Как же он похож на свою мать, голубые глаза, светлые волосики. В нем продолжение Василисы, в нем отражение нашей любви… Да, я все же верю, что она была… наша любовь… Больная, одержимая, покрытая тайнами и предательством, но она была… Марк яркое тому подтверждение.
Утро провожу с сыном. Сам его кормлю, купаю, одеваю, после ночи воспоминаний, когда все пережил снова, мне просто необходимы положительные эмоции.
А ближе к вечеру звонок от брата.
— Это твои выходки?
— Ты о чем?
— Моя жена пропала! Ник, не стоит наступать на те же грабли. Не из-за кого. Поверь. Пусть вернется домой, и на этом замнем, — говорит сдержанно, но чувствую, в нем кипят былые обиды.
— Карина пропала? — неприятный холодок пробегает по спине.
— А ты типа не знаешь? — огрызается.
— Нет."
"— Ее под видом полиции какие-то мужики увезли. И моя охрана… лопухи! Я им устрою! — далее следует череда проклятий.
— Я реально не в курсе. Но попробую разобраться, — а у самого перед глазами ее лицо, такое похожее…
— Если это реально не ты… то…
— Наш папаша объявился, — ломаю карандаш в руке. А хочется, чтобы так же хрустели позвонки Льва.
Если это он…
У этого существа страсть к издевательствам над девушками. Нормальные отношения он не признает. Он ломает психику, калечит им жизни. В свое время Славка стала его жертвой, и не только его. А потом моя родная сестра попала в руки ко Льву.
Три года она была заперта в его доме, столько всего вытерпела… Лев морально давил ее, а потом надумал взять в жены. Тогда мы с Бодей помешали этой свадьбе. Я пришел прямо на церемонию. Получил пулю, устроил разнос. Но главное — спас сестру. Все же сомневаюсь, что общение со Львов хоть для кого-то прошло бесследно. Он как заразная болезнь, проникает под кожу, отравляет собой все и избавиться от него слишком сложно.
