Автор
В палате медленно разгорается жар, а боль укутывает каждую клеточу тела. Каждый шепот соседа и каждый звук за окном кажется знакомым. Вы выжимаете последние силы из себя, чтобы выйти из этого подземного мира, но руки подводят, а сердце готово треснуть. С каждым днем документы становятся ближе к тому, кем она всегда была уверена — женщиной, чужой и непонятной. Уйду ли я прежде чем они меня найдут?...
— Мне мама ее пела в детстве, — улыбается смущенно.
— Мама? — переспрашиваю сипло.
— Пока была жива… мне было восемь, когда ее не стало, и я осталась жить с отчимом, — ее передергивает, по лицу пробегает тень ужаса.
Она поспешно встает и отворачивается к окну.
У Василисы не было родителей, она воспитывалась в детском доме, машинально отмечаю про себя. Зачем я продолжаю искать сходство? Почему не перестаю их сравнивать?
Слишком приятно хвататься за иллюзию, созданною моим братом. Особенно после ее завораживающей песни, после того, как мгновенно нашла контакт с моим сыном, это подкупает.
Слишком притягательная и красивая иллюзия…
Из комнаты мы выходим, держась за руки. Она неотрывно смотрит на меня, доверчиво, нежно, открыто.
— Ворон, — столько эмоций в одном слове. Каждый звук — это ураган, немыслимой силы. Он пробуждает забытое, похороненное там… далеко с другой.
— Голубка, — накрываю ее губы своими.
Позволяю сладкой лжи окутать меня бархатным туманом…
Глава 33
Карина
Я в сказке… жуткой, дикой, нереальной, но сказке."
"Ощущаю себя цельной, странно счастливой. Хоть над головой по-прежнему витают тучи, я вдали от дочери и не понимаю, что ждет меня дальше. Но эти мгновения… они бесценны. Рядом с человеком, о котором практически ничего не знаю… Но мне и не нужны эти знания, есть зов души, и он сильнее всего… Хочется просто впитать в себя эти мгновения, без оглядки на прошлое, будущее… которое сулит новые испытания.
Ничего не дается нам просто так, и мгновения рядом с ним стоят дорого, я заплачу… позже…
Прижимаюсь к нему на сиденье мотоцикла. Вдыхаю запах, еще один вдох, еще и еще… Судорожно, так что голова кругом, чтобы легкие пропитались им. Не новый запах… словно давно забытый из прошлого… Я так ждала… как же ждала, тосковала, и сейчас я не могу надышаться.
Если бы меня кто-то спросил: что со мной происходит? Я бы не смогла описать свое состояние. Словно больше себе не принадлежу, а стала частью чего-то большего, срослась с ним. По сути, незнакомцем, но почему-то он кажется родным.
Я иду по острому лезвию, рискую пораниться, упасть, но мне надо зайти еще дальше, надо пропитаться его запахом, наполнить им легкие.
