Тем временем Надежда стояла в дверях отеля, чувствуя под ногами полированные плиты и глянцевые стеклышки. Жизнь здесь была словно заморожена, ожидая новых гостей, но внутри было еще более пусто и холоднее, чем за пределами. Атмосфера отеля последней надежды держала время в кулаке, создавая невероятную тишину вокруг....
— У вашего мужа? Американец?! — поразилась соседка. — Зачем?!
Надежда пожала плечами:
— Что-то выяснял. У него ведь такая работа — выяснять.
— Господи, но у Павла-то что он может выяснить?! Вряд ли Павел сам изуродовал свои вещи! Согласитесь, что это странно."
"— Марья Максимовна, я пойду. — Надежда поднялась, испытывая почти непреодолимое желание сделать реверанс. — У меня завтра утренняя смена, мне рано вставать. Спасибо вам большое, кофе у вас превосходный.
— А может, вы им увлечены, дорогая?
— Ке-ем?!
— Американцем.
— Марья Максимовна, что вы такое говорите?!
Соседка пожала плечами:
— У меня большой жизненный опыт, дорогая. Но хочу предупредить вас, что из таких историй никогда ничего не выходит! Вы не можете рассчитывать на американца, нет, нет! Вы должны выбросить его из головы! Ваш муж Павел, и только с ним может быть связана ваша судьба!
— Марья Максимовна! — воскликнула Надежда.
Марья Максимовна походила по комнате, а потом взглянула на Надежду.
— Вы должны сохранять достоинство. Нет ничего хуже, чем женщина, потерявшая достоинство. Бегать за мужчиной недостойно, дорогая. А мне кажется, что вы как раз бегаете за вашим американцем, — прибавила она с презрением.
— А за мужем? — спросила Надежда. — За мужем бегать можно? Умолять его вернуться? Строить всякие козни, чтобы он пришел обратно, можно?
— И должно! — с силой сказала соседка. — Вы вверяете себя человеку, и, если он оказывается скотом, вы должны научить его, что он человек, а не скот, и вернуть его в человеческое состояние! В этом состоит ваша главная жизненная задача! И вы не вправе перекладывать тяжелую работу на чужих людей и посылать их разбираться с вашими делами! И вы не вправе вертеть хвостом перед другим мужчиной, если вы уже выбрали одного и даже вышли за него замуж!
— Я никого не хочу держать силой! — закричала Надежда.
Воцарилась тишина.
Марья Максимовна тяжело дышала и даже оперлась рукой о стул, как будто ее не держали ноги.
Надежду вдруг поразило, какие у нее страшные руки.
