Тем временем Надежда стояла в дверях отеля, чувствуя под ногами полированные плиты и глянцевые стеклышки. Жизнь здесь была словно заморожена, ожидая новых гостей, но внутри было еще более пусто и холоднее, чем за пределами. Атмосфера отеля последней надежды держала время в кулаке, создавая невероятную тишину вокруг....
— Еще не хватает! А Лидочка знает?
— Конечно. Ей первой позвонили. Спускайся, я тебя отвезу. Я под твоими окнами стою.
Надежда оглянулась на открытые двери в комнату, за которыми царила Марья Максимовна, и прикрыла трубку ладонью.
— Зачем, Коля?! — приглушенно зашипела она. — Я бы и сама доехала! Или Лидочка машину прислала?"
"— Водители все в разгоне, американцы сегодня стекла завозят, их прилетело еще человек пятьдесят! Так что давай спускайся, я жду!
— Хорошо, хорошо, — быстро сказала Надежда.
Она сунула телефон в сумку, и он тут же снова затрезвонил. Звонила Люба Глущенко, дежурный портье. Ну, теперь пойдут бесконечные звонки!
Надежда снова выхватила трубку, выпалила быстро:
— Люба, я все знаю, перезвоню!
Выключила звук у телефона и вернулась в комнату.
— Марья Максимовна, мне нужно ехать. У нас в отеле беда, уборщица почему-то умерла, да еще прямо на рабочем месте!
— Старая? — осведомилась Марья Максимовна.
— Да нет, совсем не старая.
— Алкоголичка?
Надежда пожала плечами:
— Выпивала, да.
— Тогда туда ей и дорога, — заключила соседка. — Терпеть не могу пьющих женщин!
— Она несчастная была, — сказала Надежда. — И сын у нее хороший, Витюшка или Виталик. Учится хорошо. Когда он в гостиницу приходит, наша главная кондитерша Эльвира Александровна все его пирогами кормит…
— О нем позаботится государство, — равнодушно процедила Марья Максимовна. — Или уборщицы находятся в вашем ведомстве, Надежда? И вы теперь должны беспокоиться о ее сыне?
— Уборщицы, — не без злорадства объявила Надежда, — в ведомстве Лидии Арсеньевны Арсентьевой.
— Значит, она и позаботится о покойной. А вам спешить некуда.
— Мне все же лучше пойти. Я и так на плохом счету! После визита в мою квартиру полковника Уолша.
— Если это так необходимо, я вас не задерживаю, — торжественно провозгласила Марья Максимовна. — И жду на кофе, обязательно, когда вам не нужно будет за стойку к восьми утра.
— За какую стойку? — не поняла Надежда.
— Разве портье не стоит за стойкой?
— У наших портье конторки. — Надя едва удержалась, чтобы не добавить, что конторки антикварные, красного дерева, а не пластмассовые или фанерные! — И я — нет, не стою. Я давно уже начальник службы и сижу в кабинете. Хотя иногда я бываю за стойкой, когда девочек не хватает или большой заезд.
