Автор
Ночью, холод и пустынным лесом заволокло темными тенями. Жуткая интрига разворачивается в свете оранжевого светильника, который пробивает сквозь приоткрытую дверь. В кромешной тиши я замечаю детский силуэт, и этот знакомый образ будоррезит мой сон, заставляя меня резко вскакивать на кровать, ощущая себя центром загадочной истории....
– Существует такое мнение, да, – пытаюсь я обернуть в шутку то, что неожиданно вызвало у Виктора понимание. Подспудно я все еще не хочу пускать его глубоко в душу.
– Не знаю, как ты, – продолжает серьезно Воронцов, – а я вот готов побороться за то, чтобы мы получили приз «Лучшая семья века». Я парень упертый. Ну ты в курсе. Так что у нас практически нет шансов все запороть.
Эта почти клятва заставляет меня захихикать.
Упертый – это не то слово. Он же баран.
Точнее, медведь. Козлообразный.
Не проболтаться бы ему, как его мама обозвала.
– Тебе просто надо смириться, что я тебя осчастливлю, – продолжает Виктор.
Этот разговор немного рассеивает мою тревогу.
У меня нет опыта семейной жизни, а у Воронцова есть. Будем надеяться, о каких-то подводных камнях он уже знает и постарается их избежать. А мне придется на своем опыте. Это страшненько, но, наверное, по-другому и не бывает.
Но торопиться все равно не хочу.
Хотя внутри себя я уже начинаю ощущать тягу к гнездованию. Хочется придумывать комнату для малыша.
И водный коврик с развивалками – тоже классная вещь.
Короче, мы меня теряем до тех пор, пока снова не звонит Виктор.
– Варвара-краса, ты чего делаешь? – весело спрашивает он.
– А что? – настораживаюсь я.
– Выгляни в окно.
Я чешу к окошку и, увидев, что выкинул Воронцов, начинаю улыбаться.
– Божечки… что это?
Во дворе стоит большой чистенький ярко-оранжевый мусоровоз, в открытой кабине которого рядом с водителем я вижу Виктора с букетом цветов.
Ну Ричард Гир на минималках.
Хотя, я так понимаю, тут покоряют не меня, а Тимофея Сергеевича.
Воронцов подтверждает мою догадку:
– Я тут подумал, что ты себе просто не разрешаешь расслабиться. Все волнуешься то за Тиль, то за Тимку. А пора за себя. Зови сына и давай ему трубку.
– Что ты собираешься делать? – смеюсь я.
– Пункт первый – подкуп ребенка с помощью катания на мусоровозе. Пункт второй – похищение его вместе с матерью.
– А похищение зачем нужно? – стараюсь звучать строго, но мне правда смешно. – Тим! Тим! Иди сюда, чего покажу!
– А маму тоже нужно обработать.
– Думаешь, получится? – интересуюсь я, поглядывая на Тимошку, который подпрыгивает на подоконнике от нетерпения.
– Я постараюсь. Я соскучился, Варь.
