— Ты не забыл? — упиваясь запахом полевых цветов, спросила я. — Завтра Ксандр пришлет сватов. Я читала, что у эльфов помолвка – чудесная церемония.
— Я все помню. Я даже речь приготовил.
Солнце светило так нежно, что хотелось растянуться на травке и заснуть. Но дел еще много. Нужно наведаться в лабораторию, Ксандру потребуется эффект мгновенного охлаждения, а со льдом я давно подружилась.
Вечером явится Лаэр – показать мне свои примечания к адаптации «Преступления и наказания», моноспектаклю, который, как мне кажется, завоюет огромный успех. Не меньший, чем «Портрет лэна Грея или Наслаждения и Наказание порочного аристократа», адаптации известного произведения Оскара Уальда. «Портрет…» бьет все рекорды сборов. Галэн теперь богат, к радости супруги и ее родни.
Ларик, как я его теперь называю, действительно не подвел. Он поработал над техникой (спасибо моему сценическому опыту в студенческом театре и системе Станиславского) и отбросил принятые у здешних служителей Мельпомены жеманство и долгие манерные паузы.
Стараниями тещи и тестя Ларика прослушали в нескольких театрах. Теперь он звезда столичного Королевского Балагана, и его монодрамы собирают огромные аудитории. Даже градоначальник Селердейн смягчился и больше не называет зятя «жалким лицедеем». По-моему, он даже втайне им гордится.
Ариция ждет первенца. У молодых все складывается весьма неплохо. К счастью, Лаэру досталась цепкая, но неглупая жена. Как я успела заметить, она вовсю пользуется самым надежным инструментом для поддержания семейного счастья – ежедневно льет в уши мужа патоку, вполне искренне. Лаэр в ее устах – самый умный, талантливый и надежный.
Чтобы сбить дремоту, я открыла глаза и спросила:
— Крылья больше не появлялись?
— Нет, — ответил Гидеон. Он лежал на боку, кусая травинку. — Думаю, они вернутся, когда понадобятся. Например, в минуту опасности.
Какая еще опасность? У нас все хорошо. Все угрозы позади. Обо мне заботятся Седрины, с их всеведущим лэном Молином. Скоро аудиенция у короля, скорее всего, он пригласит нас на бал Середины Лета. Ферма процветает – у нас уже дюжина заказов на крыст и иглоспинов, не говоря о потомстве от Шторма и Колоска. Гнездо Люминоров разве что ноги мне не целует. Что еще может пойти не так?
На следующий день мы снова отправились к побережью. Но теперь пироги не лезли в горло, а от бликов солнца на поверхности воды разболелась голова.
— Тебе нехорошо? — спросил муж.
