Землетрясение? Нет, ощущения были сродни тем, что встретили нас в тоннельном портале – будто ветром подуло, но насквозь. Нечто подобное я испытывала в Арх-Глане, когда Гидеон заявил о нашем разрыве.
— Какая-то магия! — дрожание усилилось, и я схватилась за стол. — Габби, держись!
Алисси громко затявкала. Дом задрожал еще сильнее. И зазвенел.
— Не бойтесь, — внезапно заявил Габби. — Это не вредное волшебство, просто... волшебное.
— Откуда ты знаешь? — крикнула Дерси, затравленно оглядываясь — Ой, мамочки! Сейчас все рухнет прямо на нас!
— Не рухнет. Алисси так сказала, — со спокойным видом ответил малыш.
Дрожь стихла так же неожиданно, как началась.
— Это точно не похоже на проклятие, — сказала Дерси, тыча пальцем мне за спину, — скорее наоборот.
Я оглянулась. В углу кухни материализовался новый предмет обстановки – высокий сервант со стеклянными вставками. Видимо, они и издавали тот странный звон, который сопровождал вибрацию.
За стеклом в шкафу выстроился очаровательный сервиз с цветочками на двенадцать персон, на столешнице лежал каравай хлеба, укрытый полотенцем, а на одной из полок обнаружились круг сыра, кувшин молока под тряпицей и плошка присыпанного солью сливочного масла.
— Что здесь происходит? — спросила я, обнаружив, что мажу маслом огромный кусок дивно пахнущего хлеба.
— Магия, — прочавкала Дерси, первой добравшаяся до сыра.
— Ага, — подтвердил Габби, приобщаясь к хлебу и молоку, — и если это проклятие, то оно мне нравится.
… Незапланированную трапезу неизбежно прервали, но половина снеди успела исчезнуть в наших желудках. Однако на буфете явно стояла магическая сигнализация, пробудившая охраняющего его «цербера».
— Тэнья Гроуз, — помахала я рукой разъяренной фурии, появившейся на пороге кухни в самом что ни на есть колоритном виде: в безразмерной ночной рубашке в розочку и кружевном чепце.
Огромный бюст экономки, не стесненный корсетом, угрожающе колыхался, глаза горели праведным гневом.
— Спасибо, что позаботились о нас, — невинно улыбаясь, поприветствовала я Нэнси. — Это было невероятно вкусно. Беру свои слова обратно, простите, что была к вам строга.
Знала, что провоцирую жадную бабищу, но терпеть произвол не было больше сил.
Нэнси обвела нашу компанию безумным взглядом и остановила взор на Габби.
— Ты! — сдавленно прорычала экономка. — Это все ты, нечистое отродье! Ты сорвал вуаль невидимости с моего буфета!
Габби икнул, не в силах отвести глаз от мегеры в балахоне.
