Михаил Ленковский стоял на пороге своего убийства, но его мозги еще работали. Кровавый шайкист председателя сельсовета повис на ветке дерева, как кукла. В глазах Михаила плескалась надежда — он готов был противостоять злу до последней минуты. Ночь была холодной и мертвой, но внутри Ленковского горел огонек борца за справедливость....
А также виднелись следы недавнего пребывания человека. Похоже, что наблюдательный пункт мы нашли. И отдали его криминалистам — может, те какие следы отыщут. Хотя вряд ли.
Дальше Дядя Степа махнул нам рукой — мол, не скучайте. И ушел в глубокое погружение на территорию. Откуда вынырнул на следующий день и притащил в местное отделение приблатненного парня лет восемнадцати — худющего, долговязого. На нем был легкий темный плащ, на голове — шляпа с узкими полями, на ногах — парусиновые туфли, которые для блеска и цвета мазали мелом.
— Чего сразу в камеру? — обиженно гундосил он. — За что?
— За дело… Или ты говоришь, что за амбала видели. Или я тебе буду статью искать. И найду. Ты же меня знаешь, Спирохет.
Как я понял, Спирохет — это кличка парня.
— Век бы не знать вас, сук легавых, — всхлипнул он, схлопотал подзатыльник и заныл с новой силой.
— Ну, рассказывай! — Дядя Степа снова занес руку.
— Не нукай, не запряг, — дерзко кинул Спирохет и съежился, ожидая следующего подзатыльника. — Ну видели бычару какого-то — у моего деда в деревне Покровка племенной бугай меньше. Холеру черт попутал подкатить к нему: мол, дядя фраер, ты куда и откуда пылишь и вообще чьих будешь? А тот по фене такой заворот в ответ выдал, что даже обидно нам стало от таких слов.
Худо-бедно удалось составить фоторобот неизвестного. Не факт, что это тот, кто нам нужен. Но вероятность такая была.
Доложил об этом Белякову, который смотрел теперь на меня с каким-то даже вопросительным недоумением — мол, откуда такой взялся, который элементарную операцию завалил и чуть людей не погубил.
— Все понятно, бракодел, — кивнул он, опустив мощные кулаки на свой стол. — Этот Олейников напел своим соратникам, что почувствовал за собой наблюдение. А те организовали контрнаблюдение. И надо же, этот контрнаблюдатель только примостился и тут же видит кино, как возникает майор Шипов на белом коне, победно и гордо. Мол, смотрите на меня, всех одолел, вражеского агента арестовал.
