В тихой больничной палате на севере Москвы, окна проникают шум улицы и ветра. Листва трепещет под ветром, а звуки автомобиля доносятся сквозь старое деревянное окно. Вопреки медицинскому статусу, я пытаюсь восстановить память — где я и что со мной случилось в этом хмарьевом помещении....
Седой опередил меня и быстрым движением смахнул центральный наперсток. Под ним ничего не было. Толпа разочарованно охнула, но я поймал руку седого, которую он не успел убрать достаточно быстро, и, вывернув его кисть, увидел зажатый под сгибом пальца черный шарик.
— Это ты, братуха, шарик, наверное, случайно прихватил, — укоризненно сказал ему я, показывая всем заинтересованным зрителям шарик в руке седого. — Но ничего, бывает, я не в обиде.
Седой сипел от боли в вывернутой под прямым углом кисти и пытался что-то кричать на своем языке.
— А я говорил, что они все жулики! — Торжествующе заорал толстый мужик в расстегнутой на груди рубахе.
— Не надо сними играть!
— Я так понимаю, что эту партию я выиграл? Тогда всех целую, забираю свой выигрыш и откланиваюсь, — миролюбиво сказал я и, оттолкнув седого от себя, одним движением сгреб с картонки и деньги, и серьги и положив их себе в карман мастерки, я сразу застегнув его на молнию.
Поднявшись на ноги, я тут же почувствовал тяжелую ладонь на своем плече.
— Не торопись, пацанчик, — прогудел сзади голос одного из быков.
Я резко повернулся и, сбив ухватившую меня за плечо руку, с разворота жестко ударил локтем схватившего меня бычару в голову. И тут же добавил ему серию боковых корпус–голова. Не ожидавший такой быстрой ответки, парень беспомощно рухнул на асфальт. Раздался пронзительный истеричный женский крик, и толпа, окружавшая нас, бросилась врассыпную.
Краем глаза я увидел налетающего на меня второго быка и, поджав колено к груди, буквально выстрелил ему в голову мощный йоко-гери, вложив в него всю свою массу. Налетев небритой челюстью на мою пятку, второй охранник, взлетев так, что его ноги оказались выше головы, грохнулся спиной на асфальт. Пока я был занят с охраной, седой достал выкидной нож и, щелкнув кнопкой, попытался в выпаде ткнуть мне им в живот. Я, уходя от ножа, быстро одернул свой таз назад и, сбив руку атакующего в сторону одной рукой, пробил ему хлесткий боковой в челюсть другой и придержав вооруженную руку, повторил боковой.
Я не стал задерживаться и быстрым шагом, не смотря по сторонам и ловко протискиваясь сквозь отдыхающих, пошел наискосок через набережную по направлению к домам.
