Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
— Монета при вас?
— Нет, но она рядом — так же тихо отвечает мне Валентин Павлович и спрашивает в свою очередь. — А деньги с тобой?
— Нет, но они рядом — отвечаю ему в тон.
— Где ты хочешь произвести обмен? — Насмешливо улыбаясь, интересуется попутчик.
— А давайте на Котельнической набережной там, где на нее выходит пятый Котельнический переулок ровно через полчаса. Я буду стоять прямо у парапета. Буду один. Вы тоже приходите один. Хорошо?
— Хорошо. — Кивает Валентин Павлович, искренне забавляясь. — Вы, молодой человек, явно пересмотрели фильмов про шпионов.
— Береженого бог бережет, — глубокомысленно отвечаю я.
* * *Через полчаса стою на холодном ветру у Москвы реки и посматриваю во все стороны. Деньги находятся при мне. Они изначально были со мной, но я на всякий случай напустил туману, чтобы не было соблазна меня перехватить по дороге. Вижу идущего ко мне со стороны Садового Кольца Валентина Павловича. Он один. Ни подозрительных машин, ни людей нигде не заметно. Все же хорошо, что в это время, машина для советских граждан это роскошь, а не средство передвижения.
— С вами приятно иметь дело.
— С тобой тоже, Сережа, — кивает мне в ответ он.
— Я загляну к вам на следующей неделе, мне нужно еще четыре точно таких же монеты.
— Хорошо, Сережа. Хоть это будет непросто, достать такое количество николаевских десяток разом, я все приготовлю, а ты готовь две восемьсот. — Усмехается мне мой собеседник.
Я улыбаюсь ему в ответ и быстро иду вдоль набережной по направлению к центру. Мне еще надо провериться на предмет слежки.
