Автор
Веселье Петра не могло долго продлиться, а его долгий алкогольный отпуск всегда закончился разводом. Теперь он вновь готов отправиться на очередную вечеринку, но Есения уже отказывается платить за его безумства. Как Пётр сумеет остановиться и изменит свою жизнь? Отогрей моё сердце — это роман о том, как одиночество может стать неизбежным концом веселья....
- Хочу снять его и потрогать соски, - поглаживал полукружия, но дальше не шел.
Есения с трудом сглотнула слюну и вздрогнула, безвольно опуская руки вдоль тела. Она стыдилась своих грудей. После родов на них образовались растяжки, потеряли упругость и форму и муж сетовал, что размер их не стал больше. Девушка комплексовала.
- З-зачем их трогать, - заикнулась от волнения и прикрыла их руками. - Так разве плохо? – посмотрела растерянно.
- Ты чего такая стыдливая, а? – выискивал в ее взгляде кокетство, но видел лишь смущение.
Последнюю фразу почти выплюнул, поморщившись.
- Нет… У меня же дочь есть.
- А чего жмешься тогда?
- Боюсь, что увидят, не хочу чтобы меня осуждали, что я попала на должность через Вашу постель, - возвращая руки на стол.
- Никто не увидит, мы здесь одни, - и снова положил ладони на холмики.
Начал активно гладить, вызывая нервную дрожь по телу Есении. Поднял лифчик выше, обнажая горошины темно-розовых сосков на бледной коже.
Девушка молча подчинялась его дерзким ладоням.
- Ляг на стол, - попросил Архип, надавливая на плечо Есении, и она подчинилась, касаясь полированной поверхности дерева.
Закрыла глаза, молясь, чтобы никто не вошел в зал."
"Тукаев склонился над распластанным телом, так эротично выгнутом к нему. Он придвинулся ближе, раскрыв шире бедра, притираясь вздутой ширинкой к ее лобку.
- Какая вкусная, м-м-м, - причмокивал, стонал и рычал мужчина, словно дикий зверь.
Гладил кожу живота и спины, сминая в ком одежду блуждающими по телу руками. Есения молча подчинялась и в который раз молилась, чтобы никто их не застукал.
- Хочу тебя, Есения. Долго еще будешь мариновать меня? – оторвался от ее соска, громко причмокнув, нависая над ней.
Есения собиралась с мыслями, подбирая правильный ответ, но тут завибрировал настойчиво телефон в складках его брюк и Тукаев, выругавшись, нехотя отстранился от нее. Достав из кармана средство связи, приставил к уху.
