Автор
В стенах заброшенного здания архива сквозь мрак вырывается дрожь недовольства. Лиза Котова шепчет в ухо Ире планируемую перевеску в новый отдел, а рядом с тихим голосом Иры — Ольга Куликова хмурится от подслушанного скандала. Здесь, среди потертых корешков и выцветших бумаг, начинается настоящий роман о власти и неумолкаемой честности....
— Разве можно от помощи такого мужика отказываться?! Бери, пока тепленький! Мы ему щас мозги запудрим, о подозрительных личностях расскажем, пусть думает, что все очень серьёзно. А ты поезжай с ним и ушами не хлопай! Такие красавцы на дороге не валяются. Раз букет принес, значит, заинтересован. Такие любят героями себя чувствовать.
— Успокойтесь, Глафира Аркадьевна! — В отчаянии машу руками. Хочу добавить, что такому красивому мужчине, как наш прокурор, и даром не нужна замухрышка Ася, но Глафира мне рта раскрыть не дает.
— Ася, слушай тетю Глашу! — рявкает строго и, засунув руку в карман своего кафтана, в котором выходит на дежурство, вручает мне блеск для губ. — Вот, лореалевский, из последней коллекции. Персиковый цвет, как раз в тон твоей шевелюре. Я его распечатать ещё не успела.
Я изумленно посматриваю на нее: откуда у нее блеск для губ из новой коллекции? А за шевелюру обидно: никакая она у меня не персиковая, а цвета пережженной карамели!
Под шумок Глафира укладывает в спортивную сумку самые необходимые для ночевки вещи.
— Все, давай. Вперед! — И выталкивает меня с сумкой из комнаты.
В коридоре уже топчется весьма привлекательный здоровенный следователь и его опера. Соседки просто в диком восторге от происходящего! Их можно понять: не каждый день на твоей улице переворачивается грузовик с красивыми мужиками."
"— Майор Кушаков, — строго представляется следователь. — Вы Ася? У меня есть к вам пара вопросов.
— Ну зачем вы вызвали следователя?! — вспыхиваю я и с укором смотрю на прокурора.
Ключников приобнимает меня за плечи.
— Слушай сюда, Киреева: возражения не принимаются. Все, точка! Я обрисовал следователю ситуацию, завтра утром мы поднимем из архива дело, из-за которого у тебя в деле стоит пометка о травме, и начнем новое расследование, — безапелляционно произносит он.
Я растерянно посматриваю на него. Да, тот, кто назначил нам нового прокурора, погорячился. Почти полночь, а он не знает, что такое покой.
Следователь Кушаков внимательно слушает мою историю прямо на кухне, усевшись напротив меня за шатким потертым столом, что-то помечает в своем блокноте и заполняет протокол. Деятельный мужчина, под стать прокурору. От того, что вокруг меня серьёзные люди, которые получили звание и погоны не просто так, моя неловкость усиливается.
