История боевой службы морских разведчиков Тихоокеанского флота. Через воспоминания и рассказы военнослужащих 42-го разведывательного пункта спецназа автор раскрывает суровую повседневность подготовки и боевых операций элитного подразделения, где выживание и профессионализм становятся...
С другой стороны, если будет проходить инвентаризация и всяческие проверки со стороны разведпунктовского начальства, то лишнее имущество сразу повесят на баланс группы, а получается и роты, а потом возникнут сложности у кого-нибудь из материально ответственных лиц роты. Могут возникнуть сложности и у ротного баталера, и не дай бог это произойдет по нашей вине. Так что если есть лишнее, то пусть будет. А при наличии признаков проверки лучше всё нажитое непосильным трудом спрятать куда подальше. Хуже всего, когда в группе недостача и обнаружена она баталером уже после принятия должности и росписи в актах. В нашем случае положение двоякое. Марков по приказу свыше работает у помпотыла, но числится в группе. При сдаче должности он может легко все свалить на неразумного салажонка — старшину второй статьи Федосова. И получится, что глупый Федос, приняв баталеру и имущество, все промотал, в то время как рачительный мичман впахивал в поте лица на благо флотской разведки. Поэтому старший и опытный матрос нам по-отцовски советует сверить все имущество с нашей книгой и написать акт, который подсунуть нашему каплейту. Тот уж заставит расписаться в нём Маркова в графе «сдал». Потом этот акт ляжет на стол командиру роты, зарегистрируется и будет вполне официальным документом, подтверждающим, что карась второй статьи Федосов принял ровно столько-то и с него взятки гладки! Акт надо обязательно составить в трех экземплярах. Один будет в роте, второй будет в группе, а третий пусть Федосов спрячет в баталерке и сохранит или до передачи баталерки кому-нибудь, или до самого «схода на берег».
У нас даже головы закружились. Федосов, старательно высунув язык, черкал у себя в блокноте, делая пометки.
— Михалыч, — занудил он, — скажи, пожалуйста, ну а форма двадцать шесть — какая она?
Матрос покачал головой, как бы сетуя на нашу глупость, и, подозвав к себе, развернул книгу, принесённую с собой.
— Смотрите, тут в углу типографским шрифтом что написано меленько?
— Форма номер двадцать шесть! — хором прочитали мы.
Вот так! Оказывается, в Военно-Морском Флоте даже книги имеют свою форму.
При помощи Михеля мы снова начали пересчитывать имущество, сверяясь с книгами. Все сошлось один в один, только бескозырок было больше.
— Ага, — загадочно сказал ротный баталер, — имущества-то в вашей группе неучтённого после схода ваших «предков» было немеряно, а сейчас вон всё под счёт. «Рундук» всё сховал себе в сундук.
