Фаддей Чума опять лишился коня и схватился пешим с командиром журавлевцев, потерявшим при падении с коня щит. Отражая лезвием секиры выпады меча, он норовил ударить своего противника концом рукояти, но тот, видимо, достаточно поднаторел в рукопашной схватке и на уловку не поддавался. Еще один журавлевец – тот, что так удачно соскочил с падающего коня – попытался прийти на помощь командиру, но в него впились сразу два болта – отрокам некогда было распределять цели.
Мишка долго выцеливал командира журавлевцев. Тот так быстро двигался в паре с Фаддеем Чумой, что была опасность поразить своего, наконец момент для выстрела нашелся, и болт ударил детину в нурманском шлеме в ногу. Фаддею секундной заминки хватило – секира грянула в шлем, прорубила его и завязла. Мгновением раньше умер и противник Немого – мало того, что в него вогнали сразу три болта, так еще и (Мишка думал, что такое бывает только в кино) меч Андрея снес журавлевцу голову вместе с правым плечом и рукой, пройдя от левой стороны шеи до правой подмышки.
Внезапно наступила тишина, только Фаддей Чума орал и ругался последними словами, пытаясь выдрать засевшую в шлеме командира журавлевцев секиру. Все, что ему удалось сделать – оборвать подбородочный ремень и теперь Чума лупил по трупу искореженной железякой.
– Урядник Варлам, доложить о потерях! – скомандовал Мишка совершенно не командным тоном, чувствуя, как рот расплывается в улыбке.
Хотя лицо Варлама и было закрыто полумаской шлема и бармицей, Мишка готов был поклясться, что тот сейчас придурковато помаргивает глазами, не зная, как реагировать на обращенные к нему слова.
– Нет потерь! – констатировал Мишка вместо урядника и добавил: – Командовать ты ни хрена не можешь, но стреляешь хорошо! Хвалю!
– Рад стараться… это… три раза попал… вот.
Убитых действительно не было, но ранеными оказались почти все ратники, правда, тяжелых ранений не оказалось. Сильнее всех пострадал десятник Егор: выпущенная в упор стрела пробила кольчугу и поддоспешник, вспоров кожу и мышцы на левом боку, скользнула по ребрам и на выходе, еще раз проткнув поддоспешник, застряла в кольчуге. Несмотря на такую рану, Егор зарубил в ельнике двоих лучников и с трудом удержался от того, чтобы не добить лежащего там же раненого со сломанной ногой и разбитым лицом.