В далекие триста пятьдесят годы Миасская империя проложила невиданную тропу — она сумела управлять драконами. Говорят, в это время появилось лишь немногих эмпатов, способных склонить силы людей и чудовищ на свою сторону. Их усилия привели к взрывной мощи государства: войска империи, подкрепленные драконами, неистово стремились к южным землям. Войны разметали все позади и теперь их хвост тянется к северу, покоряя неведомые миры....
И как любым ученым, им свойственно любопытство, граничащее с безрассудством. Они довели чуму до ума.
— И что именно вы хотите сделать? Заразить чумой всю королевскую семью? Дождаться, пока они умрут и захватить власть?
— Тогда бы мне не потребовалось лекарство, — логично возразил миасит. — И к тому же вы знаете, сколько людей могут претендовать на трон после смерти короля, его детей и ближайших родственников.
— Примерно представляю, — вот даже мы во втором десятке… За отца и брата стало страшно.
— Вот и я представляю. Мне не нужна их смерть, во всяком случае, не сразу. Убить короля мог и мой далекий предок, но что бы это ему дало? Путь к трону открыть не так просто, как кажется.
— И что же вы хотите?
— Добровольного отречения. У меня есть все регалии правителя Миасской империи, осталось получить все регалии Мильдара.
— И думаете, этого хватит? — наверное, вино в голову ударило, раз я не смогла сдержать усмешку. Регалии, да эти регалии можно засунуть… Но Ликхар не обиделся.
— Нет. Но за триста лет моя семья набрала огромное влияние, множество сторонников. Я же говорил, что верные Банку люди есть везде, даже в высшем совете. Без этого меня бы никто не принял. Недовольные нынешней властью всегда найдутся. А те, кто не согласятся… Впрочем, не будем о плохом.
— А недовольные познакомятся с драконьей чумой и за лекарство согласятся со всем и принесут любые клятвы и присяги, — закончила мысль я.
— Рад, что вы поняли.
— А уж как я рада…
Теперь и не знаю, что с такой радостью делать и как жить дальше.
— Болезнь всегда может выйти из-под контроля. Выпускать ее из лаборатории, не имея лекарства, — самоубийство и чистая глупость. Сначала мы сделали все, чтобы не дать разразиться новой эпидемии.
— Сложно было?
— Сложно, — не стал отпираться миасит.
— А лекарство тоже сами разработали?
— Ну что вы, местресс, — улыбнулся Ликхар. — Вы же видели состав, такой просто так не подберешь. Но деньги решают многое.
Деньги и связи открывают даже самые закрытые и самые королевские хранилища.
— Ладно, будущее Мильдара мне примерно ясно, а что будет со мной?
Не то чтобы мне было совершенно плевать на родную страну, но из этой комнаты я вряд ли смогу ей помочь. И да, своя рубашка ближе к телу, что ни говори.
— Это зависит от вас, местресс.
