Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
О чем ты хотел поговорить, папа?
— Идем… я хочу тебе кое-что показать.
Он повел ее за собой обратно в дом, в комнату, где был приготовлен проектор и готов к включению. Когда он включил аппарат, и на экране появились первые кадры, он начал сам говорить и рассказывать Эрдэнэ о приисках. О каждой из шахт, о том, сколько они приносят золота. Как называется и сколько работников на ней работает. Какой процент они получают с продажи, где из их золота делают украшения.
— Пап…прости, но мне это не интересно.
Улыбнулась и мягко положила руку на его запястье.
— Самое последнее, что волнует меня, золото и деньги.
И этот ее ответ почему-то пробудил в нем вспышку адского гнева. Он выключил проектор и обернулся к дочери.
— Неужели это последнее, что тебя волнует. Разве? А как, ты думаешь, ты живешь в этом доме? Откуда все берется? Твои вещи, вкусная еда, прислуга? М? Твои протезы, которые стоят миллионы, твои тренировки, твои врачи и реабилитологи, курсы по вождению, машина, о которой ты мечтаешь и которая будет сделана под заказ для тебя.
Ты думаешь, это свалится с неба?
— Не кричи…
Тихо одернула его, но он разозлился еще больше, потому что совсем не этих ответов ожидал от нее.
— Я не кричу, а констатирую факты. Я просто хочу, чтобы ты поняла, что если мы потеряем прииски, то всего этого у тебя не будет, и не надо мне говорить, что материальные блага волнуют тебя меньше всего.
— Почему ты должен все потерять?
Эрдэнэ пожала плечами.
— Потому что мир бизнеса жесток, детка.
— Тебя кто-то хочет сожрать, папа?
Умная девочка, догадалась, к чему он клонит.
— И такое может быть. Всегда в этой жизни есть кто-то сильнее.
— И что это значит…
— Это значит, что мне нужно крепнуть и не дать себя сожрать, а для того, чтобы крепнуть, мне нужны новые связи и новые партнеры, а для партнеров важно мое благосостояние…семейное положение, стабильность.
Эрдэнэ подняла на него взгляд и стиснула челюсти.
— Ты…ты хочешь жениться? Вот для чего тот разговор о приисках, империи, да? Ты просто начал издалека?
Выдохнул и отвернулся, отошел к окну и раздвинул шторы, впуская солнечный свет.
— Завтра в этот дом приедет женщина.
— Какая женщина?
— Моя жена.
— Значит, ты уже женился?
Ее голос дрогнул, и Хан ощутил, как у него самого перехватило горло от боли. Он не думал, что скажет это когда-нибудь снова…особенно скажет это Эрдэнэ.
