Девушка с крыльями становится пленницей академии фениксов и оказывается в центре борьбы между воинами пантеона. Легат Дорос, раскривший её тайну, требует её себе, но другие легаты готовы на всё, чтобы завладеть загадочной беглянкой. Ей предстоит выжить в опасном мире магии и страсти, где...
Им же только надо было передать тебе артефакт. Но они не учли, что на тебе защита. Признаться, и мы не знали о таком эффекте сигмы, – усмехнулся я невесело. – Ведьмы не предупреждали. Либо сами не знали. Они же создавали защиту от вселения, а она в чём-то близка с ментальной защитой.
– Понятно, – кивнула Кассия, хмуря лоб.
– Твои похитители схвачены, но, к сожалению, они были лишь исполнителями, действовали по инструкциям, занимались только твоим вывозом с территории страны. Мы пытаемся отыскать заказчиков, но они действовали осторожно.
– Хоть что-то. Но ты уверен, что и Октавия желает мне навредить?
– Буду честен, я не знаю, чего от неё ждать. И я не хочу говорить о ней плохо, но если скрою, твоё недоверие только усилится.
– Да, я бы хотела знать правду, хотя бы основное, – она нервно провела пальцами по губам, вдруг вытянула серьги из ушей и отбросила их на журнальный столик.
– Ты что?
– Их Октавия подарила.
– Понятно, – я вытянул из кармана сканирующий артефакт и проверил им серьги.
Но те будто были самым простым защитным артефактом.
– Опасности, кажется, нет.
– Меня интересует другое. Вы… вы встречались?
– Мы были в отношениях неполные три года. Я любил её, собирался сделать предложение, но остановил себя.
– Почему?"
"– Потому что Октавия начала вести себя… тревожно и навязчиво. Постоянно устраивала мне сцены ревности, устанавливала слежку, донимала других легатов. Упрекала меня даже в общении с Димитрой. Доходило до угроз самоубийства. Сначала изредка, потом постоянно. А когда я перестал реагировать и на них, она принялась их воплощать. С минимальным вредом для себя, конечно же, – усмехнулся я горько, с неприязнью и внутренней дрожью вспоминая те дни.
В первую её демонстративную попытку покончить с собой я весь извёлся, последующие постепенно убивали во мне тёплые чувства к Октавии, пока не осталось только понимание ответственности перед бывшей невестой. Теперь нет даже этого. В конце концов, она не ребёнок, взрослая, самостоятельная, и у неё есть родители. А у меня своя жизнь, в ней теперь появилась Кассия. Но и прошлое не спешит отпускать.
– Она такая добрая, весёлая, не могу представить, что она пойдёт на такое.
– Я тоже первое время не мог.
– Давно вы расстались?
– Полтора года назад, может, меньше. Я начал предпринимать попытки прервать отношения. И тогда она перерезала себе вены. Очень аккуратно, кстати, шрамов не осталось. Я оплатил её лечение, пытался ей помочь. И так постоянно.
