В операционном зале банка происходит необычное допрос — бывший криминальный голова Пан Ковган попытается выжить, отдавая жизнь за свою веру в справедливость. Здесь играют опасные игры с жизнью и смертью, где каждое слово имеет значение.
И снова выходы.
Добираясь до расположения, где можно прикорнуть хотя бы на несколько часов, бойцы роты валились на железные кровати как подкошенные. Иван себе такое позволить не мог. Организовать посты, боевое охранение, выставить заслоны и секреты. Проверить несение службы. И уронить голову на стол, где разложена карта местности, проснувшись через несколько часов от того, что его теребит замполит Баранов:
– Товарищ капитан, пора!
И опять выезд. Урчание моторов. Влажные от дождей леса, где за каждым кустом может таиться твоя смерть.
Иван пил крепкий чай, разгребая с писарем бумажные завалы. Единственное, что ставили всегда в вину молодому командиру роты, – это его нежелание вести бумажную работу. Заставлял он себя с трудом, отлынивая по любому удобному поводу. Сейчас отдал себе приказ – надо работать. И обрадовался, когда его отвлек от этого дела зашедший в казарму командир батальона, ставший уже родным за месяцы совместной боевой работы.
– Да сиди ты, – махнул комбат рукой, видя, что ротный порывается вскочить и отрапортовать.
– Так точно.
– Только что сообщили. Скончался Ватутин.
Командующий Первым Украинским фронтом генерал армии Ватутин был ранен 29 февраля 1944 года в результате засады отряда УПА в зоне ответственности бригады – на участке шоссе Корец – Ровно. Врачи ничего не смогли сделать. И вот теперь, 15 апреля, пришла весть о его кончине.
Ивана как будто под дых ударили. Ему пришлось служить под командованием этого самого молодого командующего фронтом.
– Сталин объявил огонь из орудий и траур, – продолжил комбат.
– Сочтемся с выродками, – Иван сжал кулаки до белизны в костяшках. В нем крепла отчаянная решимость не давать себе ни отдыха, ни послабления, пока последнюю бандеровскую сволочь не отправят в могилу или ГУЛАГ.
– Скоро получим возможность посчитаться, – произнес комбат.
– Что-то готовится?
– Что-то непременно готовится. А ты готовься завтра в Гошанский район. Там в лесах банду Шворного видели…
Глава 29"
"Три дня назад Дантист добрался на подводах, а потом пешком в сопровождении пары своих людей в расположение куреня командира Ярко. Обустроились казаки в глубине леса знатно – в справных землянках, наполненных барахлом, награбленным у поляков.
