В операционном зале банка происходит необычное допрос — бывший криминальный голова Пан Ковган попытается выжить, отдавая жизнь за свою веру в справедливость. Здесь играют опасные игры с жизнью и смертью, где каждое слово имеет значение.
Тут другую сторону села закрыли основные силы бригады. Ловушка захлопнулась.
Бой длился еще несколько часов. Работали войска НКВД методично и неторопливо. Некоторые бандиты отстреливались в ярости и упрямстве до последнего патрона. Другие подрывались гранатами, пускали себе пулю в лоб. Несколько десятков вышло, подняв руки. Банда была уничтожена.
Очередная операция прошла успешно. В роте у Ивана потерь не было, и это уже счастье. К сожалению, случалось нередко и иначе.
Конец зимы и весна 1944 года спрессовались в памяти Ивана в череду сплошных боестолкновений.
Красная армия освободила Тернопольщину и уверенно шла на Львов. Главной задачей войск НКВД было не дать нарушить снабжение фронта по транспортным артериям и не позволить бандеровцам бить в спину наступающим частям.
Бандеровцев было очень много. Десятки тысяч казаков УПА окопались в тылу советских войск, и с каждой освобожденной областью их становилось все больше.
Две недели назад рота участвовала в ожесточенном бою у села Липки в Ровенской области в составе отряда бригады. Бандеровцев было не меньше полутысячи. Их блокировали крепко и не давали шагу ступить в сторону. Шесть часов работали пулеметы, минометы, артиллерия.
После боя в Ольховском, добравшись до своей койки в казарме роты, Иван забылся в тяжелом сне. Наутро опять тревога. В районе польского села Гжейда заметили банду УПА.
Бойцы НКВД подошли к селу, когда бандеровцы уже согнали местных поляков в амбар и запалили его. На площади в луже крови лежал труп сельского старшины.
Отчаянным рывком рота достигла деревни и двинула по улицам, сметая огнем бандитов.
– Амбар! – крикнул Иван."
"Часть бойцов НКВД организовали круговую оборону. Другие кинулись тушить огонь. Таскали ведра с водой, пытаясь напоить ею ненасытное пламя. Сбивали доски с заколоченных дверей амбара.
