Но ты не любишь Ронуин и едва ее знаешь.
Поэтому я считаю, что твоя преданность королю выше чувств к жене и ее брату.
— Пожалуйста, отец, — продолжала просить Ронуин, перейдя на валлийский.
— Раньше ты никогда не называла меня отцом, — ответил он ей на том же языке.
— И вряд ли еще раз назову, — сухо улыбнулась Ронуин. — Позволь мне воспитывать Глинна. Клянусь честью матери: если мне покажется, будто англичане задумали использовать его против тебя, я либо помогу ему бежать, либо убью собственными руками. Ты понимаешь, я достойна твоего доверия, Ллуэлин ап-Граффид. Тебе известно, как я люблю Глинна, но ты также знаешь, что я исполню свой долг. Прошу тебя.
— Повтори, — велел он.
Немного поколебавшись, Ронуин прошептала:
— Ты унаследовала от меня гордость, дочка, но чувствуешь, когда надо уступить, совсем как твоя матушка. Родись ты мальчиком, Англии было бы кого бояться, Ронуин, дочь Ллуэлина. — Он кивнул и обратился к Эдварду, уже на норманнском:
— Дочь убедила меня, что Глинну будет лучше здесь. И поскольку ты поклялся оберегать его, я пришлю мальчика к тебе.
— Я знал, что ты захочешь порадовать Ронуин, — кивнул Эдвард. — Благодарю, господин мой. Я сдержу слово, даже если придется защищать Глинна от короны. И поскольку не намереваюсь извещать монарха о пребывании здесь твоего сына, вряд ли можно ждать неприятностей.
— Генрих — человек нерешительный, но его сын свиреп и мстителен, — предупредил ап-Граффид. — Скоро он взойдет на трон, и тебе лучше не терять его расположение. Он лучший и в то же время худший из всего своего рода, зять.
Не знаю, сколько продлится мир, когда он станет королем.
Если нам суждено встретиться на поле брани, Эдвард де Боло, лучше постарайся повернуть коня в другую сторону. Я не хочу убивать мужа дочери и отца моих внуков. — И, поднявшись из-за стола, он объявил:
— Что ж, я прогостил тут слишком долго. Пора в дорогу, не то тебя в один прекрасный день объявят заговорщиком.
Де Боло и Ронуин тоже встали и проводили принца во двор, где его ожидали.
Ллуэлин обнял дочь и расцеловал в лоб и щеки:
— Прощай, девочка, да пребудет с тобой Господь.
— Прощай, господин мой. И спасибо тебе.
— За что? — усмехнулся он.
— За мужа и брата, — ответила она, одарив его одной из редких улыбок.
— Сын… — вздохнул принц. — Тебе следовало родиться сыном. Прощай и ты, де Боло. Да подарит Бог твоей жене много здоровых сыновей и дочерей.
— Благодарю, господин мой. Доброго пути.
Ап-Граффид вскочил на своего жеребца и повел за собой отряд.