В пылающей ночной тьме и стоне горящего огнём печати, девочка сжимает руку калеки-чудовища, глядя в будущее. Несправедливость жарит её душу: кто из них станет партнёром на всю жизнь? Чужаковская атмосфера клубится вокруг этих несчастных парочек, где каждая метка может перевернуть мир....
– В какой ты камере? Дай о себе знать!
Краем уха улавливаю шорох. Отстраняюсь от двери, у которой нахожусь, и следую на этот звук. А затем слышу слабое и несколько удивленное:
– Алайна?.."
"Теперь нет сомнений, в какой темнице он находится. Подбегаю и встаю на носочки, заглядывая во мрак. Тот приходит в движение, и скоро я различаю фигуру Рэйзора. Он опирается одной рукой на дверь, глядя на меня через решетку.
– Ты поборола колдовство? Как тебе удалось?
– Мне помогли. Нужно срочно бежать из Дракмора.
– Знаю. – Его голос звучит совершенно нетипично и почти незнакомо.
Слабо, устало, изнеможенно, как угодно, но не так, как всегда говорил Рэйзор Грайборг. Похоже, что магия темницы не просто подавляет его силу, а питается ею.
– Как ты себя чувствуешь, Рэйз? – срывается с языка вопрос.
В ответ слышится что-то вроде хриплого смешка.
– Открой дверь, Алайна. Снаружи можно колдовать… насколько я понял. Во всяком случае, эта рогатая скотина заперла замок чарами.
– Какая скотина?.
– Селван, детка. Тебя Селван околдовал, ты же в курсе?
Я коротко выдыхаю и набираю в грудь побольше воздуха, дабы сконцентрироваться. От волнения, длительного бега и вообще всей этой ситуации мое сердце стучит прямо в ушах.
– Да, сейчас. Отойди от двери. На всякий случай.
Как странно… Говорить с мужем вот так просто, без раздражения, злости или страха. Кажется, что мы впервые ведем диалог как обычные люди, ничего друг другу не доказывая.
Он удаляется. Я направляю в замочную скважину магический импульс, и в ту же секунду слышу щелчок.
Порываюсь войти, но слышу быстрое:
– Стой!
Замираю на месте.
Тьма вновь движется в мою сторону – свет от факелов не просачивается внутрь темницы.
Шаг. Второй. Третий.
Рэйзор наконец появляется в дверном проеме и практически падает на меня, выбираясь из заколдованной камеры.
Я понимаю, что маски на нем нет.
Лицо перекрывают черные пряди волос, но мне все равно видны темные шрамы как от застарелых ожогов с правой стороны его лба и виска.
